Вы не подключены. Войдите или зарегистрируйтесь

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз  Сообщение [Страница 1 из 1]

Siora

avatar
Название: История о том, как мышь хотела утку поиметь... - 3
Автор: Siora
Бета: Cavalone_Gaiden
Жанр: Гет, Romance, POV, Драма, ER (Established Relationship)
Рейтинг: R
Пейринг: Уруха/ОЖП, группа The GazettE
Предупреждения: Нецензурная лексика, ОМП
Статус: в процессе
Описание:Скоро свадьба... Прошлая жизнь никогда никому не даст покоя: с приездом дяди у Рин начинает рушится ее собственная семья, но и не без помощи бывшей девушки Урухи, которая, узнав о его помолвке, всячески вставляет палки в колеса. Томока находится на грани. Тот, кого она любит и яро ненавидит, не дает ей покоя и возможности спокойно жить... И выход только один...
Крис Брейн, новый стилист из Великобритании, желая набраться опыта и завести новых знакомых в этой сфере, доводят до скандалов с Рейтой.

Примечание: Поскольку дядя Рин не знаком с японским языком, я решила все же писать диалоги Рин и дяди в POV Урухи. Они будут выделены курсивом в самом тексте, будь-те внимательны.
:: Первая часть :: Вторая часть ::






Глава 1. Начало
POV Rin

Босыми ногами по холодному полу - если бы Шима не метался из угла в угол и не кричал на всю квартиру, что жутко опаздывает, он бы обвинил меня во всех смертных и не очень смертных грехах. Ну какие могут быть тапочки, когда и я босиком за ним не успеваю? Он слишком долго прихорашивался в ванной, укладывая волосинку к волосинке… Такой выдержке я могла только позавидовать, ибо моя стрижка ничем не отличалась от его, ну, почти не отличалась по длине. Но тратить на укладку час с лишним… что бы он делал, если бы ему пришлось еще каждое утро краситься? Мне на сборы хватает полчаса! Моим возмущениям не было б границ, но у Шимы не было времени их выслушивать. После затяжного отпуска и заслуженного отдыха он и вся команда возвращается в студию, чтобы продемонстрировать свои труды и решить, о чем будет повествовать их новый альбом.

- Доешь завтрак! – орала я, когда он пролетел мимо кухни, держа в зубах папку, а в руках несколько гитар в чехлах.

Он как-то странно на меня покосился, словно хотел покрутить пальцем у виска, но, так как руки были заняты, побежал дальше по коридору. Пф… Естественно, он еще вернется, потому что его ключи от машины удачно спрятаны в моей руке.

- Ты ведь сам говорил, что завтрак залог хорошего начала дня!
- Он станет плохим, потому что я точно опоздаю, попаду в пробку и как потом на меня будут смотреть на презентации?
- Я уверена, что насколько бы ты не опоздал, Аой придет позже тебя.
- Откуда ты знаешь?

Я посмотрела на беззаботного ребенка сидящего на стульчике для кормления - малышка Карин увлеченно наблюдала со стороны, как метался ее папа, и она в свою очередь выжидала, когда он еще раз пробежит, чтобы она могла похлопать ему ладошками в след. Дочка однозначно понимает, что с утра папа похож на клоуна и играет с ней в прятки.

- Ты не ответила, - забегая на кухню, напомнил он, но вместо того, что б доесть приготовленный мною завтрак, он начал искать ключи.
- Доешь завтрак, и я от тебя отстану.
- Мне некогда, я ключи найти не могу!
- Если на презентации у тебя заурчит в животе, это будет весело.

Уруха на какое-то время замер, сверля меня глазами. Что я могу сказать в свое оправдание? Он без линз, в очках в тонкой оправе, весь такой солидный и жутко сексуален в белой рубашке… я сдалась и заулыбалась, как самая шкодливая девочка.

- Отдай ключи! – скомандовал он.

Секунда раздумий, и я заговорила на родном русском языке, чтобы сбить его с толку. И… побежала, как крыса с корабля!

- Ты же знаешь, что я ничего не понимаю! – возмущался он, гонясь за мной вокруг кухонного стола. – Рин, отдай ключи, не веди себя как ребенок! Рин!!!

А я ему в ответ повторяла одну и ту же фразу: «пожалуйста, Ирина!». Но Уруха бегает быстрее меня, поймал, заломил руки а-ля «у Вас есть право хранить молчание, иначе все сказанное может быть использовано против Вас в суде» и заставил едва ли не целовать кухонный стол.

- Такашима, ты хоть бы перед ребенком постыдился! – через смех заявила я.
- Ребенок весь в маму. Или в папу… тут сложно определится, - ответил он, продолжая вырывать из моих пальцев связку ключей. – Я даже не сомневаюсь, что это моя дочь. Хотя и мог бы.
- Я солгала, это дитё Руки, такое же кричащее…

Я посмотрела на Карин - она от души веселилась и любовалась представлением уже двух клоунов, сколько счастья было в этом маленьком звонко смеющемся ребенке со светлыми кудрями и голубыми глазами! Я была такой же, когда была ребенком. Дочь вся в меня внешне, а вот характер у нее от всех понемногу, хоть ей чуть больше года.

- Хм… вот тут не могу не согласиться. Что-то от Таканори у нее однозначно есть. – Ответил Койю. Наконец-то мои пальцы поддались, и они лишились ключей. – Ну вот, а ты боялась. Передавай привет маме и сестре. Буду по вам скучать.

Такашима помог мне принять вертикальное положение, поцеловал мою макушку и, не забыв уделить внимание дочке, пошел к выходу.

- Я тоже буду скучать! – обреченно сказала я ему в след.

Мысль о том, что мне придется поехать к его родственникам, меня не радовала. Мать Такашимы очень правильная, слегка строгая и не скрытно бурчащая по отношению ко мне женщина.

Такие вот они свекрови, оказывается!

Радовало, что остальные относились ко мне не так предвзято, как она. А вот в его отце я души не чаяла, во всех планах мы с ним сошлись, он многое рассказывает мне, а я слушаю и если что делюсь своим опытом и знаниями. Занятный дедушка будет у нашей Карин.

А вот за Шимой я уже скучаю, потому что завтра вечером мне предстоит встретиться с человеком, которого я б не хотела видеть всю оставшуюся жизнь. Осталось только дожить до вечера…

Наутро следующего дня я была на ногах самой первой, а Карин не далеко от меня. Я уже подстроилась под ее график. Пока остальные спали, мне предстояло убрать весь внутренний дворик. Приближалась осень, пора наводить порядки. Пусть даже дом не мой, пусть ворчливая свекровь все равно будет недовольна, но это мой долг. И все же… мне странно и как-то не по себе при мысли, что меня ждет в ближайшие дни. К этому мы с Такашимой шли целых два года. Мы не спешили со свадьбой, несмотря на то, что по закону у Карин нет отца, у меня нет гражданства. Все эти нюансы с продлением виз и прочего идиотизма нас тоже не волновала, мы ждали, когда большое начальство из компании поймет, что пора сдаться. И вот нам дали зеленый свет. Теперь весь мир знает о моем существовании, о том, что я намеренна из Котовой стать Такашима. Как бы глупо не звучало, но оно того стоит. Всегда, думая об Урухе… о Койю, я всегда осознаю, что мне с ним не всегда легко, в наших отношениях нет гладкости, порой его принципы накалываются на рога моей упёртости и мы банально и просто скандалим. Но каждый раз… я благодарна всем богам, за то, что всякий раз мы находим силы мириться. Пару минут злости друг на друга, едких слов и фраз, от которых хочется подсыпать яда в еду, но в конечном счете я и Шима видим, что у нас нет другого выбора: есть кто-то важнее личных мнений, наших разногласий, кто-то, ради кого нам нельзя быть отдельно друг от друга… И это наша дочь.

Любовь между мной и ним изначально была выдумкой, изначально все было глупо и настолько наивно. Мы восхищались образами друг друга: Уруха был для меня идолом, а я для него заморской игрушкой, и хотелось только одного – секса. И по иронии судьбы именно это заставило нас понять, кто мы есть на самом деле. Я узнала Уруху, он стал для меня не только любовником, но и другом, я стала для него новым человеком, который может хранить его тайны, хранить его настоящую душу, принимать его личность во всей своей её несовершенности. И я полюбила его за это, за то, что он не идеален, за его недостатки, за его человечность… ушло целых два года, чтобы понять это, и именно разлука в несколько месяцев дала нам понять, что мы стоим друг для друга того, чтобы перейти на новый уровень, и только сейчас я могу с уверенностью, без каких-либо колебаний сказать, что я знаю Шиму, я люблю его, я люблю его за то, что он мужчина, единственный, который способен выдержать меня, и рада, что наши странности дополняют нас. Я готова провести черту и зажить с ним в полной бытовухе. Штамп в паспорте и свадьба ничего не изменят в нас, да и изменять нам ничего не нужно. А что может быть важнее?

Думая об этом, я не успела заметить, как пролетело время. Мать Койю вышла во двор и пригласила обратно в дом, позавтракать. Значит скоро…

Я вымылась, переоделась, за это время Карин уже уложили спать, видимо попрощаться с дочкой мне не удастся.

- Если будут какие-то проблемы… - начинала я, одеваясь и спеша сесть в ожидавшее меня такси.
- У меня никогда нет никаких проблем, – строгим тоном отвечала женщина, поправляя мне воротник куртки.
- Ну, если что, звоните Койю, - не унималась я.
- Рин, ты не в первый раз оставляешь у нас внучку, но каждый раз ты заводишь одну и ту же песню…
- Ну, я же все равно переживаю. – Чертовы ботинки никак не хотели застегиваться, я слишком нервничала, и это было заметно.
- Пока она у нас ты можешь спокойно заняться более важными вопросами.
- Да, я помню, - нервная и натянутая как пружина, я слишком грубо отвечала.

Я повесила сумки на плечо и с выраженной дрожью в коленках вышла из дома. Мой пункт назначения - Токийский аэропорт.

POV Uruha

- Ты хорошо все обдумал? И у нас нет другого выбора?

Я взглянул в хитрые глаза Аоя и при других обстоятельствах я может и пошутил бы, но в этот данный момент я слишком устал, а у меня еще бессонная ночь впереди.

- Да, я хочу именно этого.
- Хорошо, тогда я хочу знать мнение остальных, - подымая руки и капитулируя, ответил Аой.
- Согласен с Урухой, - в очередной раз делая заметку в своем изрисованном блокноте, сказал Руки, - эту песню нужно включить в альбом. Кай?
- Предлагаю голосовать. Или и так все ясно? Против только Аой, да и то я полагаю, он просто скромничает, - Кай при этом улыбнулся и заставил Аоя наконец-то покраснеть и признать, что он это сделает намеренно.
- Материал сырой, - не унимался гитарист и создатель очередной шикарной песни. - Над ним работать нужно…
- Нужно, вот и поработаешь, - вмешался Рейта.
- Из всех предложенных мною песен вы выбираете эту. Именно ту, над которой я не хочу работать! – заворчал Аой, как маленький ребенок. – И лишь потому, что Уруха так захотел.
- С твоим синдромом Великого Аоя ты сможешь горы перекопать одним движением пальцев, - не отрываясь от блокнота, слегка равнодушно вмешался Руки - он сам был готов уснуть за этим круглым столом, его творческая натура готова была окунутся с головой в сладкий мир грез, но его профессионализм не давал ему показать это публично.
- Да меня бесит, что вы в который раз решаете все за меня, - сложив руки на груди, Аой всем своим видом высказывал свое полнейшее недовольство.
- Не будь упрямым, - наконец-то поняв, что нужно заканчивать собрание, Руки закрыл свой блокнот и встал. - На этом все, я включаю песню Аоя, думаю, нам всем пора морально готовится к тому, что нас ждет. Всем удачи, до скорого. С некоторыми из вас встретимся завтра.
- И еще, - добавил Кай, - из компании к нам пришлют проверяющего, который сделает полный пересчет всех наших расходов. Так что прошу быть всех повнимательней. Спасибо за работу.

Все начали собираться. Было забавно следить за тем, как Аой не скрывая насылал на меня гром и молнии из-за того, что я подговорил остальных выбрать песню не совсем соответствующую его стилю, хотя он просто хотел, что б его умоляли и просили, но не в этот раз. Все просто устали за эти два дня.

Я попрощался со всеми и направился в фотостудию едва ли не на другом конце города, чтобы успеть вовремя и закончить хотя бы чуть-чуть раньше: я решил приехать раньше положенного. Но как всегда все вышло не так, как того хочется.

Помню, как зашел домой в 5 утра. Первая мысль пойти спать сразу отпала, когда я осознал, что меня за целый день порядком, хорошенько измотало и не мешало бы вымыться и с чистым телом рухнуть на кровать и обнять подушку. Как-то еще не привычно от мысли, что дома никого нет. Рин и дочь как обычно у родителей, но меня стало угнетать это чувство пустоты в доме… Давно я не чувствовал себя одиноким.

Душ не исправил ситуации и не сбил катастрофического желания спать. Я вытерся полотенцем, не стал даже протирать волосы, и мысли о том, ЧТО будет на моей голове с утра тоже не волновала меня в данный момент. Я, в чем мать родила, вышел из ванной комнаты. Едва передвигая ногами и зевая так, что рот едва не разрывался, на полном автопилоте шел к спальне. И в очередной раз, разинув рот, едва смог обратно его закрыть когда, проходя мимо гостинной, заметил человека. Маленький, чуть лысоват, с усами и в три раза шире меня, в одних лишь футболке и семейных трусах, он курил по среди гостиной, как ни в чем не бывало. Он заметил меня и как-то удивленно и очень даже оценивающим взглядом осмотрел меня всего.

- РИИИИН! – это первое, что вырвалось из меня после полуминутного шока.

И каков был мой шок, когда он заговорил на знакомом языке, которого я не понимал.

- Руся, тут китайцы голые ходят!
- Рин, мать твою, что это за мужик в моем доме!? – я не унимался, но и не знал, что мне делать - если сейчас начнется драка, а она начнется, ибо я понимаю, что меня либо променяли на этого старого хрыча, либо я не в своей квартире… у него одна только ладонь с мою голову! Он не был жирным - он был огромным, несмотря на рост, мышцы и мощь. Он засмеялся и улыбнулся во все тридцать два... От его оскала едва не передернуло.

Но тут вылетела из комнаты Рин.

- О боже… - она едва ли не пятками тормозила, чтобы не врезаться в меня.

Мигом она начала снимать с себя халат и хоть как-то прикрыть меня. Хотя меня это волновало сейчас меньше всего.

- А я слышал, что у косоглазых член маленький, но видимо врали…
- Да, за то Вы достойный хранитель бескрайнего моря сперматозоидов,- шипя, как кошка, отвечала она.

Я ни слова не понимал, но то, что моя будущая жена разговаривала с ним не самым приятным тоном, говорило о том, что этому мужчине она тоже не особо рада.

- Кто это такой? И что он делает в моем доме!
- Уру, это мой отец…
- Он же умер! – едва не криком вырвалось в ответ, когда она пыталась натянуть на меня свой халат. Я однозначно не понимал зачем, и поэтому как-то не стремился ей в этом помогать, но и не сопротивлялся.
- То есть дядя, он мой опекун… точней был. Я тебе говорила о нем.
- И это тот самый урод, который выгнал тебя из дома?
- Вообще-то я сама от него сбежала.
- Я бы сам от него сбежал. Но что он делает у нас?
- Я тебе говорила, что он приедет.
- Ты говорила это неделю назад и говорила, что «возможно приедет»! – кажется, у меня была истерика.
- А он взял и приехал.
- И почему ты не поселила его в отеле?
- Он у нас будет аж до самой свадьбы, а селить его в отеле как-то слишком накладно, сам знаешь, цены там не из сказочных.

Я не знал, что ей ответить. Я смотрел на нее, на этого европейца, снова на нее и снова на этого мужика.

- Уру, это мой дядя, Юрий Котов. – Она посмотрела на гостя и заговорила с ним на своем родном языке, из всего сказанного я понял только мое имя. – Дядя, это Такашима Койю, мой будущий муж. Я не знаю, как вы будете общаться, но будет лучше, если ты будешь молчать как рыба, потому что я тебя предупреждала.
- Какая тебе разница, если он все равно нихрена не поймет?
- посмеиваясь, он что-то ей отвечал и судя из того, что он смотрел на меня, то явно язвил от всей души.

Еще пару минут они о чем-то перешептывались, и Рин в конечном счете отволокла меня в спальню.

- Я тебе говорила, что он приедет, - словно это что-то изменит, если она эту фразу повторит во второй раз.
- Но зачем? Ты его пригласила? Ты же его ненавидишь.
- Скоро я стану твоей женой, первый раз в жизни я выйду замуж, а он единственный родственник, который согласился приехать и поддержать меня. Мы расстались не самым приятным образом, – она тяжело вздохнула добавила. - Тебе не понять этого...

Она не хотела об этом говорить. Пока я стоял и ждал неизвестно чего, она достала одежду из шкафа и, вручив ее мне, легла в кровать. Я все же решил одеться, понимая, что женский халат не совсем мне к лицу.

Я лег рядом с ней, на сон меня уже не тянуло, я был слишком возбужден, чтобы сейчас уснуть. Думая о том, какие отношения у нее с ее родственником и о том, как она его ненавидит, что до этого дня без матов о нем не вспоминала, а теперь он будет у нас на свадьбе… Я задал всего один вопрос:

- А ты могла бы мне рассказать?
- Все не так просто, как кажется. – Она посмотрела на меня очень серьезными глазами.
- Мне будет проще, если ты расскажешь.
- Ладно. Когда мои родители умерли, тогда был очень большой праздник. Не Новый год, но он был связан с моей религией. День рождение моего Бога.
- Я родился в июне.

Я просто пошутил и как хорошо, что Рин это поняла. Она даже улыбнулась.

- Мы все жили в городе, но по особым случаям выезжали на дачу к дяде. Далеко за ее приделы. Это было в дремучем лесу. Там даже не было мобильной связи. Но там всегда было красиво зимой, словно в сказке. Вряд ли ты сможешь представить этот мир: холодный, резкий и даже болезненный. От каждого вдоха внутри все словно замерзает, а вокруг невероятная красота, которая убивает, если ты остаешься с ней один на один. Каждая веточка, каждая иголочка ели была покрыта льдом, от малейших лучиков света это все переливалось огнями, словно все было усыпано драгоценными камнями. Тот вечер мне казался слишком прекрасным, чтобы поверить своим глазам. Но все изменилось из-за человеческой глупости… Мать как всегда донимала отца из-за очередного пустяка, я изначально закатила истерику, что мне не купили вина в честь праздника, а имеющийся в доме коньяк я не употребляю… черт, как же глупо я себя вела. Мой дядя был за меня, поэтому мой не детский каприз он яро поддерживал. Он любил подстегивать жену своего брата, но это всегда заканчивалась дружескими перепалками. Но из пустяковых обвинений мама и папа быстро перешли на более серьезные. Они очень громко кричали друг на друга, мать обвиняла отца во всех грехах, а мы с дядей тихо злорадствовали. И ждали, когда все закончится. Но… ведь все обернулось против нас. Тогда была плохая дорога, опасная. Днем было очень тепло, снег подтаял, а к вечеру ударили морозы. Когда они садились в машину… я отчетливо помню, как она скрылась за стеной густого падающего снега. Помню слова дяди, что если снегопад не прекратится, то из дачи мы выберемся только весной или на лыжах. Мы тогда не знали, что это будет последний раз, когда я там была.

Чтобы съездить за вином к ближайшему магазину нужен был максимум час. Но их не было… ни через два, ни через три… было давно за полночь, когда я в панике выбежала из дома и побежала по дороге, и мне было все равно, что я была одна в темном лесу. Было все равно, что позади эхом доносился крик дяди Юры, он постоянно звал меня, просил остановиться и вернутся в дом. Я падала, ноги сами не держались, под тонким слоем снега был скользкий лед. Снегопад все еще продолжался, и я сама тогда понимала, чем это могло грозить. Минут через пятнадцать, наверное, я увидела первые следы крови, на земле лежала раздавленная лисица, а дальше следы машины. Они виляли как серпантин, я не сразу заметила ее, она просто слилась с деревом. Мать никогда не пристегивалась, она могла выжить, весь удар пришелся на сторону водителя. Мне долго в кошмарах снились ее глаза, они были открыты, все ее лицо было залито кровью.

Она у меня была такой красавицей… - Рин так тихо это прошептала, а я лишь мог стереть с ее лица покатившуюся слезу, я не хотел перебивать ее.

- После похорон началось самое худшее – дядя, сам того не замечая, спился, а я вместе с ним. Поверь, тяга к выпивке у меня неспроста и за результаты я не могу отвечать, потому что я потеряла в себе ту грань, когда нужно сказать себе «стоп!». Мы обвинили себя, потому что из-за нас они уехали… не сложно догадаться, что дядя Юра возненавидел и меня. И он не раз, а сотню раз за день мог мне сказать, что это я их убила, что это мой каприз захотел их смерти, смерти его родного старшего брата. Порой это доходило до того, что он пару раз выбивал из меня раскаянье, заставляя меня вновь и вновь вспоминать … я рыдала, я хотела покончить с жизнью. Но на первых порах меня спасали старые друзья. Мой бывший парень из-за всех сил пытался вытащить меня из той ямы, в которую я сама себя загнала. Но все было напрасно, я не хотела, я не могла больше вернуться к прежней жизни, потому что я знала, что ничего больше не вернуть, я теперь смотрела на все другими глазами и мне казалось, что единственным для меня выходом будет сбежать от всех. И я сбежала. Оставила записку на столе, позвонила дяде, только тогда когда уже была у трапа самолета. Я знала, что у меня нет другого пути. Уверенна, вернись я тогда домой, то меня никто не ждал, и это было бы правильно.

- Поэтому ты тогда так плакала, в машине? Ты боялась вернуться? – я до сих пор помнил, как она прижималась тогда ко мне, не хотела отпускать, тогда я думал, что это из-за того, что она боялась со мной расстаться, а на самом-то деле она боялась вернуться к той жизни, из которой сбежала.
- Да.
- Если бы ты вернулась?
- Я бы себя убила.
- Но зачем ты хотела уехать во второй раз?
- Когда была беременна? – уточнила она, и в ответ я кивнул. – Там мне было бы проще воспитывать дочь, мне бы помогло мое государство, а здесь я чужая. Без помощи Руки, без его вмешательства, я б здесь не выжила. Япония очень красивая страна, но я выросла в другом мире, здесь мне по-прежнему тяжело. Здесь я только из-за тебя, из-за того, что начать новую жизнь с нового листа, нужно сменить место жительства. А вот от проблем никуда не денешься, они есть везде.
- Думаю, с его приездом проблем будет еще больше.
- Мне пора вставать, а тебе ложится спать, - сладко пропела она и, поцеловав меня, вышла из комнаты.

Как ни странно, но я пару минут изучал потолок комнаты и с каким-то тяжелым осадком на сердце перекручивал в голове все, что она сказала. Меня не особо волновало то, какой Рин была до встречи со мной, меня никогда не интересовала жизнь Ирины Котовой, теперь я понимаю, что зря… ее история куда страшнее, чем кажется на первый взгляд. Яркая, как солнышко, за своей спиной прячет не одну страшную историю. Редко когда люди, дойдя до грани своей деградации, пытаются начать все сначала. Сложно представить, что она как самая настоящая алкоголичка напивается до потери сознания, потому что сейчас она любящая мать и невеста. Она это пережила и нашла в себе силы, и мне кажется, что она еще и не на такое способна…

http://siora-rin.deviantart.com/

Siora

avatar
Глава 2. Воспоминание. Договор и исполнение

POV Rin

Первый день лета. Сегодня впервые я вырвалась из оков больничных палат, впервые я смогла вздохнуть спокойно и знать, что меня больше не станут осматривать со всех сторон, боков и щелей. Мою маленькую красавицу еще не стали отдавать мне и пару дней она пробудет в больнице. А вот меня выписали раньше. И вот, проехав полгорода на такси, я подымалась на 5-й этаж дома, в котором жил Уруха. Он уже как месяц весь в работе - тур по стране. Не удивительно было и то, что он мог заявиться в больницу в 5 утра и пробыть со мной всего лишь полчаса. Прощальный поцелуй, заботливые слова и снова на работу. Точней снова в путь: к своим согруппникам, к своим фанатам. И сегодня, в первый день моей свободы, его нет рядом. Я не виню его, претензий ноль, он даже и не пытался меня убедить в том, что сможет меня встретить. Так и получилось. Слова извинения в динамике телефона, такие милые, непринужденные, за сотню миль от меня и столь непринужденный разговор, словно он не пережил со мной весь тот кошмар за прошлые месяцы тюремно… то есть больничного заключения.

- Я так соскучился…
- За мной или за сексом? – без какой-либо жалости подстегнула я его.
- Тебя я видел чаще, - даже по голосу я слышала, как он смущается от собственной пошлости.
- Вот так и знала! – с напускной серьезностью.
- Рин, когда войдешь в квартиру, то зайди в гостиную.
- А что там?
- Маленький подарок.
- Я не люблю твои подарки. Я люблю тебя и только тебя, – как бы слишком капризно отвечала, но я и в самом деле не любила подарки.
- Я это знаю и помню. Поэтому до вечера.
- До вечера? Я думала тебя…
- Планы резко изменились. Ты все сама поймешь. Люблю тебя. До скорого.
- И я тебя, Кря~, – тихий смешок в ответ и тишина в телефоне.

Я вхожу в квартиру. Ничего не изменилось, все в точности, как и год тому назад. Даже не верится, что столько времени прошло с тех пор… Холодно, и мороз по коже от пустоты в этом доме. Словно, в ней нет жизни и все такое искусственное. И не покидало чувство, что это временная обитель.

Я вошла в гостиную. На журнальном столике была огромная серая коробка, перетянутая черной атласной лентой. И это маленький подарок? В животе, кажется, внутренности сделали тройное сальто. С минуту я сидела на диване, кусая губы, решалась, стоит ли прикасаться к этой коробке или у меня есть шанс на побег? Но я ясно поняла, спустя еще несколько долгих минут, что бежать мне некуда. Лента так легко поддалась, как на зло. Снимаю крышку моего гроба, разворачиваю и вижу на удивление траурное платье. У меня, кажется, от сердца отлегло, когда я с радостью поняла, что платье не белое.
Сложный крой, кружева и бисер, наверное, слишком глубокий вырез, я так давно не носила декольте, что это для меня уже пугающе. Не сложно догадаться, к чему все это, почему он так резко сменил планы и сегодня вечером явно что-то выкинет. Что-то в стиле: "Выходи за меня!"

Я этого не боюсь, но что-то меня отпугивает и мне все меньше и меньше хочется, чтобы все произошло вот так. Наверное, это страх перед неизведанным. Как я, на его фоне ребенок, буду ему женой? Готовить еду, убирать за ним, растить ребенка? Я ничего об этом, кроме как и с телевизора, ничего не знаю. Он ест что-то кроме японской кухни? Даже смешно подумать о мысли про борщи и вареники! Уруха - борщ… Уруха и борщ…. Тьфу ты! Я даже борщ готовить не умею! БЛИН!
Подать кофе в постель, пфф! Да легко! Жить под одной крышей это не страшно, страшно начать. Легко было быть гостьей, ночь любви, а на утро на работу или обратно к Томоко. А если его не устроит то, что я чего-то не умею, чего-то не знаю, то что тогда? Он обернется сварливым и бубнящим над ухом мужичьем, а я вечно огрызающейся женой-неумехой?

Я снова взглянула на коробку, на дне увидела банковскую карточку и записку. «На остальные расходы». Хорошо, что мне не нужно было не перед кем прятать горечь на душе и, стерев слезу, навернувшуюся от страха, я сложила платье обратно в коробку и пошла к выходу. Нужно подготовиться к вечеру и привести себя в порядок. Раз уж платит, то не стану его огорчать.

POV Uruha

Порой хорошо иметь на работе бригаду отличнейших стилистов и парикмахеров, которые всегда готовы из тебя сделать принца на любом виде транспорта. Хотелось быть в первую очередь собой, но при этом выглядеть по-праздничному шикарно. Надеюсь, Рин не появится передо мной в джинсах и толстовке со словами «я думала и так сойдет». От нее такого ожидать вполне нормально. Но я зря волновался. Когда открыл двери квартиры, я лишь успел заметить, как двери ванной закрылись. Значит, я могу спокойно прошмыгнуть в спальню и забрать коробочку с драгоценностями. По пути заметил, что коробка с платьем исчезла. Оставалась лежать только ленточка... Это был хороший знак.

Операция прошла успешно, и я уже несколько минут метался по гостиной из угла в угол в ожидании того, когда выйдет Рин из ванной. С каждой секундой мне казалось, что она там явно где-то застряла или на зло мне от туда не выходит. Еще раз проверив, все ли я с собой взял: кредитки, ключи от машины…

Двери открылись. Стук каблуков, едва уловимый шелест платья и нервные вдохи-выдохи. Она наконец-то появилась в гостиной. Я замер.

Рин было не узнать. Такая красивая... Крупные локоны заплетены в косу, которая спадала через плечо. Я на миг вспомнил, какой она была в больнице.. И сразу же забыл. Передо мной стояла она, та, о которой я мог только мечтать - женщина удивительной красоты, с внутренним миром, в котором для меня есть место. Я подошел к ней ближе, коснулся выбившейся прядки и убрал ее с глаз, при этом не мог не обратить внимание на шрамы на лице: кошмарное напоминание о том, что ее жизни угрожала смерть, ей и моей маленькой дочке. Но этот тяжелый крест, который всегда будет тянуть меня к смутным воспоминанием, никуда не денется, поэтому я предался тому чувству, которое можно было сравнить с приходом весны, цветением первой сакуры, теплым апрелем - тем чувством, когда наслаждаешься этой мимолетной красотой.

- Я угадала? – тихо спросила она, когда я, как парфюмер вдыхал аромат ее тела, которое теперь не было пропитано запахами больницы.
- Что? – как в дурмане переспросил я.
- Это и есть твоя мечта, увидеть меня такой?
- Ах, это… я сейчас борюсь с желанием…
- Каким?
- Тебя я видел чаще…

Она засмеялась и я тоже. Но уговор есть уговор, взяв ее руку, понял, что она выполнила все пункты нашего договора. Я внимательно посмотрел на нее и осознал, что она стала намного выше, даже удивительно и не привычно насколько!

- Сколько? – беспардонно вырвалось у меня.

Ведь я не стал покупать ей туфли к этому платью. Боясь не угадать с размером, решил понадеяться на нее. И…

- Либо 15 либо 18 сантиметров, хорошо хоть на платформе. Поэтому, раз уж сам этого хотел, сам меня к машине и волочи. Потому что я на таких каблуках несколько лет не ходила!

И она не шутила. Пару шагов к дверям и она чуть не подвернула ногу. В какой-то степени мне стало ее даже жаль.
Романтический ужин в одном из самых дорогих ресторанов города. Мне нравилось это заведение тем, что можно было чувствовать себя уединенным от чужих глаз. С Рин как всегда было много курьезов, она снова смущалась, снова была скромной, она была такой же, как и в первую неделю знакомства: пугливый ангел, с подпаленными крыльями. До сих пор не могу понять, почему она так меня полюбила, а главное за что. Ведь с самого начала я не думал, что так все закончится, что спустя полтора года жизнь перевернется с ног на голову.

- У меня для тебя подарок, - произнес я, и, улыбаясь, как шкодливый кот, достаю то, что задумал достаточно давно.

Коробочка, обтянутая черным атласом, была аккуратно положена по центру столика. Почему-то Рин мгновенно побледнела и ее взгляд можно было расценить как предупреждение о побеге. Но видимо вспомнив, что это не возможно, ибо без меня она и шага не ступит в своей обуви, скрипя зубами, она взяла коробочку и открыла.

- Оу… - все, что она выдавила, увидев содержимое.
- Это все? – не знаю, сколько у меня ушло сил, чтобы не засмеяться от того калейдоскопа эмоций, что я прочел на ее лице.
- Эээ… это так неожиданно. Иии… ты издеваешься? – на последнем слове она даже взвизгнула, когда поняла, что я сдерживался, а уж потом вконец заржал.
- Нет, - лгал я.
- Ты заставил меня так вырядиться ради сережек? – зашипела она. – Ты с ума сошел?

Я же ничего не мог ответить. Ну, первые минуты. Глоток вина немного меня успокоил, а вот ее еще предстоит.

- Разве ты не этого хотела? - я задал ей тот вопрос, на который она бы точно не хотела б отвечать правдиво.
- Не понимаю, о чем ты.
- Хах, Рин, хотя бы перед собой будь честна. Хотя нет, передо мной тоже нужно.
- Койю!
- Что? Ты же не хочешь этого.
- Чего?
- Говорить «да»! Ты, как и я хочешь оставаться свободной. Но этому не бывать. Да, дела с компанией плохи. Они требуют того, чего лично я от них не ожидал. И уж тем более я не хочу, что бы они лезли в нашу жизнь. Я намного старше тебя и это слегка пугает, знаешь ли…
- И это говорит тот, кто порой дает мне фору, – фыркнула она.

Вспомнил мои попытки заставить ее бегать по утрам, провалившиеся сразу же, в первое утро. Она ленивая, в точности такая же как и Руки.

- Я не хочу, что бы у нас с тобой все шло по плану, по уговору или предсказуемо. Мы с тобой на это катастрофически не способны.
- У меня масса недостатков, я не знаю, как мы будем жить под одной крышей. До этого я была гостьей, – выпалила она скороговоркой... Я был прав, она боится.

Хотя мы давно решили, что это неизбежно. Ее страхи отчасти такие же, как и мои, но мне их еще нужно понять.

- В тебе мне нравятся твои недостатки, в других людях меня могут раздражать даже их достоинства.
- Ты говоришь так, потому что сам не знаешь.
- Я узнаю, но немного позже, и узнавать мы будем друг друга, а не только я тебя.

Рин тяжело вздохнула и выпила еще глоток вина.

- Я, кажется, вечность не пила. Теперь мне плохо.
- Давай уедем.
- Куда?

Я не стал объяснять, лишь попросил чек и расплатился за ужин. Было опасно кататься по городу выпившим, но сегодня особенный день. И все должно быть по-другому.

Смена декораций. Теплый воздух, легкий бриз, полная луна и к босым ногам касается волна за волной, в моих руках греется самое дорогое для меня живое чудо вселенной, которое я так долго искал. Которое никогда от себя не отпущу. Но слово «никогда» порой играет со мною злую шутку и нарочно разлучает нас.

- Без каблуков ты такая маленькая, – прошептал я, целуя ее в шею.
- Да, и морская вода портит это дорогое платье.
- Мне все равно, – проворчал я.
- Койю, я тебя люблю, – так неожиданно приятно каждый раз слышать ее голос.
- Выходи за меня замуж.
- А как же шпильки и твое кольцо? – игриво спросила она.
- Оно не там, где ты думала, - наконец признался я.

По правде говоря, мне сейчас было очень страшно. Я боялся, что если сейчас отпущу ее, если она хоть на миг отстранится, и я не смогу чувствовать ее тепло, она растает, как сон, как прекрасный невероятный сон. И я проснусь в одиночестве, в пустой квартире, только я и моя музыка…

Я снял с шеи подвеску и расстегнул ее, снимая с цепочки тонкое, очень маленькое колечко.

- Знаешь, когда я увидел тебя, твою улыбку, услышал твой смех, я понял, что не хочу расставаться с тобой. Ты была той, кого мне всегда не хватало. Я помню наш первый поцелуй, который я так ждал, мои первые слова «люблю». Такие простые слова, но я гордился ими. Я всегда боялся потерять тебя. Ты такая красивая. И сейчас я не могу наслушаться, как ты дышишь. Не могу надышаться запахом твоих волос. Мне ничего не нужно без тебя, слышишь? Я говорю о тебе, а у меня мурашки по коже. Останься со мной.

Замечая, как трясутся у меня руки и как дрожит голос, я уже не знал, чего мне ожидать. Если прислушаться к стуку моего сердца, то можно услышать только гул, настолько часто оно билось.

И она ответила, надев кольцо на палец, со словами «хорошо».

http://siora-rin.deviantart.com/

Siora

avatar
Глава 3. Иногда расставание – тоже победа.

POV Rin
День начинался как обычно, ничего не предвещало беды. Абсолютно ничего. Уруха занят своими делами, я уже успела позвонить дяде, который целый день на халяву пил вино и щелкал по спутниковому ТВ, отдыхая по полной. У матери Койю, где сейчас гостила Карин, тоже все было прекрасно, но всегда есть это пресловутое «НО!».

- Рин, солнце мое! – мягкий баритон не такого старого, но доброго стилиста.
- Да, Асанума, что тебе от меня нужно в этот раз? – он застал меня в костюмерной, когда я перепроверяла, все ли вернулось после последнего тура и что пора отправить в стирку.
- Ну почему же ты всегда думаешь, что я к тебе обращаюсь в корыстных целях?
- Потому, что ты по другому поводу ко мне не обращаешься.
- Возможно. Возможно, ты права.
- Я всегда права.
- Что ж, не знаю, но ты первая узнаешь об этой новости, наша фирма временно перестает сотрудничать с компанией и мы временно, пока не уложится скандал среди начальства, уходим работать на других.
- То есть, как это? Ты уходишь от нас?
- Видимо по-другому никак. Там что-то напутали с бумажками, и как бы компания не оплатила счета за услуги. А те уверяют, что все давно оплачено. Некоторое время нам запрещают у вас работать, пока все не решиться.
- Стоп! Не верю своим ушам! А как же? А кто же.. нет, никаких кто…
- Все будет хорошо, я уже знаю, кто будет у меня на замене. Милая моя, поверь, я никому не отдам эти буйные головы в бестолковые руки. Если уж кому-то, то только Крису.
- Крис? – непроизвольно бровь взметнулась вверх.
- Может, слышала?
- Нет.
- Крис Брейн, талантливый стилист из Великобритании. Она прибудет сегодня.

Оу, он даже англичанин?

- С ней? – только дошло что это ОНА.
- Да, ты уж прости, она приедет сегодня к обеду, а я тем временем уже должен быть на другом конце города. Так что печальную новость тебе придется сообщить самой.
- Ясно, в этот раз ты желаешь мне смерти на прощанье, уважаемый.
- Ну что ты такое говоришь, - развел руками Асанума. – Я же не умираю и не ухожу в мир иной, через пару недель, а может, через месяц я вернусь к вам.

Асанума не соврал, ровно в 12 дня мне позвонила девушка. И я ее встретила у входа в студию.

- День добрый, меня зовут Крис Брейн, - девушка протянула руку.

Крис Брейн вполне себе красивая девушка и уж никак не мужчина. По типичному описанию была похожа на меня: серо-голубые глаза, каштанового цвета волосы, европейской внешности, но чуть выше меня, немного старше и куда серьезней, чем я, так мне казалось.

- У Вас странный акцент, - заметила она.
- Да, есть немного. Хорошо, пройдем, я познакомлю тебя с вокалистом. Остальные разбежались по своим углам. Но после обеда все вернутся.
- Да, хорошо.

Но знакомство Руки и Крис было отнюдь не из приятных. Тяжело, наверное, вот так осознать, что волшебник от тебя уходит лишь потому, что у него есть начальство и он подчиняется ему, а не маленькому и капризному мальчику, ну пусть не мальчик, ну пусть рок-звезда какая-то. Но все же этот волшебник знает все тайны и грехи, а уж тем более и желания своего капризного малыша.

- Какого черта они там себе думают? – орал Руки.
- Ру, это временно, - снова повторила я, но он не слушал.

Рвал и метал, карандаши и блокноты летели в разные стороны, как противотанковые снаряды, на каждое мое успокаивающее слово. Но как это объяснить сейчас Крис, которая явно норовила высказать все, что угодно, и при этом добром это не кончится.

- Что значит временно? Верни мне Каору и немедленно, на кой черт мне сдалась она?
- Сер, а не могли бы замолчать и вести себя подобающе в присутствии дамы? – процедила сквозь зубы Крис.
- Ты это мне? – взвизгнул вокалист. - А ты кто такая вообще?
- У меня к вам тот же вопрос.
- Ты пришла сюда и не знаешь с кем будешь работать?
- Я пришла сюда работать, а не слушать девичий визг о том, что у кого-то няньку подменили. Мне с вами работать, а не в дочки-матери играть.
- Рин, верни мне того парня с бородкой, которого зовут Асанума Каору, иначе я ее не выдержу и на пушечный выстрел не подпущу.

Он небрежно махнул в ее сторону, словно просил выкинуть мусор из комнаты.

- Да что за хамс…
- Одну минуточку. – Прошипела я, хватая нового стилиста.

Не долго думая, я вытолкала Крис из комнаты. Хорошо хоть уже показала ей, где находится Makeroom. На сегодня у ребят никаких планов, а вот завтра у Рейты фотосессия. И уж Крис стоит потренироваться. Нужно немного подождать, пока этот надутый петух лопнет от злости и сдуется.

Я сидела за столом в самом углу у вешалки с костюмами, изучала план работ на следующую неделю. К свадьбе почти все готово, остались лишь мелкие нюансы, которые не следовало забыть. Ко всему я едва не забыла, что скоро у племянника Койю день рождения, и судя по свадебныи хлопотам, о подарке я постаралась позаботиться пораньше. Вот только не знала, куда его приткнуть до вечера. Крис в это время раскладывала свои инструменты. Было видно, что день у нее явно не задался. Сложно было ей объяснить, что поведение Руки не что иное, как очередные понты перед новенькой и ее не уволят из-за его каприза, но видимо такого детского сада она не ожидала. Ножницы неудачно упали на пол и куда-то заехали в самую глубь под стол. Она наклонилась их доставать. Двери открылись, и перед моим взором появилась спина Рейты. Он остановился по среди комнаты, и судя по отражению в зеркале, с улыбкой наблюдал, как новая работница пытаясь что-то достать выставив на показ свою пятую точку, и из-под брюк вылез край ее нижнего белья. Хорошему настроению Рейты не было границ. Он, как коварный кот, облизывался, глядя на "канарейку".

- Рейта, Вы тут не одни, подвиньтесь, я тоже любуюсь. – Шутя, сказала я, и басист наконец-то заметил меня.
- Рин, ты тут? Мне сказали, что новый стилист исправит мне это уродство, – под уродством Рейта подразумевал неудачную стрижку, которую ему сделал недавно сам Аой, пообещав сделать все «красиво». Сделал. Теперь Рейта на улицу без кепки не выходит. – Ну, и где этот Крис?

Тем временем девушка поднялась с пола и, поправляя стул, пару раз с силой хлопнула по сиденью.

- Надеюсь, Вас не сильно смутит, что Крис девушка, а не парень, – злобно начала она, из-под лба глядя в глаза Рейты: видимо, мнение о газетте у нее сложилось не самое лучшее
- Было бы чему смущаться…
- Значит, мой зад и стринги вас не впечатлили? – нагло подстегнула она.
- Это было мило…
- Это было бесстыдно. – Подытожила она и, взяв себя в руки, продолжила другим тоном, слегка подбадривающим голосом сказала. - Садитесь, посмотрим, что с вами можно сделать.
- Я весь твой, до самых кончиков, – промурлыкал Рейта и послушно сел в кресло, самодовольно улыбаясь.

А вот Крис ошарашено смотрела на своего клиента. Боюсь, завтра она не выйдет на работу. Хотя не мне судить. Собрав все свои листы и подарок для чужого ребенка, направилась обратно к Руки, надеясь, что он уже успокоился.

- Что ты ведешь себя, как напыщенный петух! Какая муха тебя укусила? – спросила когда он, испепеляя меня взглядом, следил за тем, как я навожу порядок в кабинете, в котором только что произошла битва как под Батерлоу.
- Какого хрена они забрали у нас стилиста?
- Я тебе уже объяснила! Еще раз повторить?
- Увижу его, повешу на флаг штоке!
- Да-да, конечно. Как ты меня еще не повесил?
- Есть причины?
- Ты вечно меня критикуешь.
- Да, я и сейчас могу. Что за дрянь ты на себя одела? Ходишь как …
- О, боже мой, ты явно меня любишь не здравой любовью!

POV Ruki

Хеппи-энды бывают разные. Иногда расставание – тоже победа.

- Люблю, - сухо ответил ей.

Внутри меня, под слоем разных тканей, сжалось все. То, что называется сердцем, вопило и орало во весь голос. И сам себе в который раз признался:

« До сих пор люблю ».

Но она этого никогда не услышит, я никогда не напишу этого на листе бумаги, никогда больше не буду намекать ей на то, что творится у меня внутри. Под этой маской спрятаны все чувства, и им не суждено вырваться.
Она стояла так близко ко мне. Я смотрел, как мне казалось, в самую душу. Но что я там увидел? Пф… Все просто, это легко. Меня там нет.

Для всех нас просто нет…

Рин продолжала что-то говорить, а я не слушал. Сколько неуклюжести было в ее движениях? Она, словно маленький медвежонок, металась из угла в угол, и пыталась сделать все сразу. Но в результате ничего.
И с чего все началось? Как глупо я сейчас себя чувствую, видя перед собой женщину, к которой не равнодушен и при этом боюсь, даже прикоснуться к ней, что б она не дай бог не заподозрила меня в том, что я скрываю от нее! Думал ли я, что влюблюсь в это странное создание? До чего я докатился...
Я задаюсь вопросами, на которых не знаю ответа. Да и не важны они сейчас. Ничего не изменишь. Но я попробую…

Тот день… Очередные разборки с чрезмерно агрессивным Койю. Кай парковал нашу машину, и в этот короткий момент мне вздумалось начать лекции о правильном поведении:

- Когда ты перестанешь трахать все, что движется? Нам уже делают замечания, и слухи разносятся со скоростью…
- Не твое дело. Не лезь в мою личную жизнь, сделай одолжение.
- В прошлый раз, когда я тебя послушал, все докатилось до этого момента. Ты таскаешься по барделям, как бесплатная проститутка…
- Вот не надо меня сейчас в чем-то упрекать, она сама…
- Эй, - перебил всех Кай повысив при этом голос, - хватит жевать эту тему в сотый раз. Вы как верблюды: жуете и плюетесь друг на друга. Не надоело?
- Иди, разгружай багаж и не вмешивайся, когда мама с папой решают, кто сегодня будет сверху, – скрестив руки на груди, обратился Аой.

Он сидел позади нас возле Урухи и с удовольствием смаковал каждую фразу нашего скандала.

- А что будешь делать, если не договорятся?
- А бабушка потом каждого прижмет к сиське и накормит пирожками, чтоб не плакали.
- Аой, что за бред ты несешь?! - запротестовал Уруха.

Кай вышел из машины, как всегда заливаясь смехом, потому что лица этих двоих надо было видеть. Двуличный бык против эгоцентричного нарцисса.
Лбом уткнувшись в стекло машины, наблюдал за тем, как Лидер помогает ребятам из стаффа переносить чемоданы с инструментами. Мне нужно было поговорить с Урухой. Потому что он медленно, но верно скатывается на самое дно и гниет по пути. И скоро можно будет поставить диагноз – абсцесс души.
Но ожидания окончания мастер-класса по троллингу от Аоя были отложены на потом.

- Это еще что? – сорвалось в голос.

И никто бы не обратил внимания, если бы я после этих слов не выскочил из машины.
В самом конце у лифта стояла девушка, длинные волосы затянуты в конский хвост, открытая шея, мешковатая футболка держалась на одном плече, штаны полностью обтягивали ее ноги, она была такой мелкой и при этом такой заметной. Американка? Англичанка? Для француженки слишком несдержанна, слишком много выставляет на показ. Она очень интересно выглядела. Что-то было в ее внешности. В глазах. Они пугливо смотрели по сторонам. Почему-то мне казалось, она сейчас устроит какую-то пакость.

- Ух, кто это? – над ухом зашептал голос Аоя.
- Самому интересно.

Девушка не долго переминалась с ноги на ногу и шагнула в суетливую толпу рабочих. Едва не сбив с ног двоих или троих, остановилась возле ящиков с инструментами. И…

- Интересно, поднимет? – Аой знал, что они жутко тяжелые и уж тем более такая хрупкая особа как она вряд ли от земли оторвет.
- Надорвется, же! – возмущенно ответил я и пошел к этой сдуревшей.

Но пока я приближался, она на моих глазах и на изумление всех остальных кто это видел, подняла этот чемодан и смогла с ним развернуться. Но я уже стоял возле нее. Тогда я впервые стоял так близко к ней. Впервые смотрел ей в душу. Что я тогда увидел?

Глаза ее были как целый мир. Как заброшенная планета.

А дальше она все испортила. Все пошло не так, как надо. Тогда я второй раз в жизни встретил человека, девушку, которая материлась так, что не смотря на то что я ничего не понимал, но уши покорно вяли. Русская, блин!

Наверное, тот день, когда к нам пришла Курокава Томока проклинали все, кто только мог. Все неземные твари и злые духи имеющие женское обличие были лишь копиями этой истинной бестии. Эта женщина плевать хотела кто мы, как мы и вообще что мы такое. Любой наш конык мог быть отвергнут безапелляционно, да и еще погнать нас в три шеи. Но при этом она нас частенько покрывала. От одной мысли, что это подруга нашей гарпии становилось дурно.

А потом были глупые столкновения с этой незнакомкой со странными глазами, понимание того что она фанатичка, в какой-то миг меня отпугнуло. Но больше всего меня взбесило, так это то что ею заинтересовался Уруха! А она в свою очередь была рада стараться. Глупо! Как же глупо с ее стороны!

- Алло, а где ты есть? – казалось бы будничный вопрос, Уруха достаточно давно уехал и ни его, ни как на зло той новенькой тоже нигде не было.
- Знаешь, покупаю плеер, - как-то воодушевленно ответил он и судя по голосу он сам был удивлен этому.
- С твоим что-то случилось?
- Нет, я не себе, а … - он как-то подозрительно замолчал. – Ты будешь меня отчитывать, если я скажу кому.
- Тайны?
- Я хочу сберечь твой внутренний мир от стрессов, - посмеиваясь, ответил, что-то он уж слишком веселый.
- Твоя забота доводит людей до того что они от тебя сбегают. – Ядовито ответил я и отключился.

А дальше, все вспышками. Все шло, как и положено по худшему сценарию: спор, сделка, эмоции, драка, и проигрыш. И короткое сообщение от Урухи.
«Возможно, но ты проиграл!»

После того как я узнал, что он сбежал с той девчонкой. Он еще и насмехается! И желание защитить эту девушку уже переросло в месть Урухе за его выходки. Я не понимал, не хотел понимать - не верил, что друг хотел начать все с чистого листа. Но он сам в это не верил, когда он сказал, что не смог ее сподвигнуть на интим, меня это повергло в шок.

Хороший грим спрятал наши синяки на лицах, и даже пластыри на руках можно спрятать одев перчатки, но не ту боль, которая напоминала себе каждый раз когда приходилось ставить очередной автограф на плакатах. В то утро о своей драке пожалели мы оба.

- Я не смог, то есть я не захотел, - признался он, когда мы ехали обратно в компанию.
- Ты о чем? – лживо спросил я, но я все понимал.
- Про девушку. Я не захотел использовать ее… я вчера довольно интересно провел с ней вечер и знаешь, она не пустышка. Она смотрит на меня так, словно видит насквозь и в тоже время не знает обо мне ничего. Бывает такое?

Я не стал отвечать. Лишь смотрел в окно машины и следил за миром, что по ту сторону. Не знаю, о чем он говорит. Чего-то особенного в ней, кроме бесконечной дурости и наивности я еще не увидел. Ах, да, что-то меня цепляет в ней, но причина неясна.

- Ты когда-нибудь чувствовал, что тебе не хватает того, кого ты никогда не встречал?
- Кажется, всю жизнь. Люди всю неделю ждут пятницу, весь месяц – праздника, весь год лета и всю жизнь счастья. Мы постоянно чего-то ждем и ищем.
- А я, кажется, ее встретил.

Я внимательно смотрел на него и мне нечего было сказать. Я хотел задать массу вопросов, но знал, что ответы мне не нужны, все нужно увидеть своими глазами. И мне стало интересно, что же он такого в ней познал, что она открыла ему, что теперь он так о ней высказывается? Но я ничего не увидел. До тех пор пока не оказался с ней один на один. Она упиралась в стену и медленно сползала вниз. Пьяная, обкуренная и ко всему вся в крови. Я едва смог перевязать ее руку платком, но она его сразу же сорвала, за тем начала бубнить нечленораздельные речи. Потом вообще начала куда-то рваться, смогла встать и вцепившись в мою футболку лбом уткнулась мне в грудь.

- Чего ты хочешь? – прошептала она и после ее губы коснулись моей кожи на шее.

По телу пробежала дрожь, и мгновенно заныло в паху. Что она творит, черт возьми!?

- Ты сейчас под кайфом, прекрати.
- Я все равно не вспомню. Надеюсь, что не вспомню…

При этих словах она вся обмякла и едва не упала. Силой пришлось держать ее, но она была не так проста, как казалось и мы с ней завалились на стол. Она продолжала держать меня за футболку, и тянула за собой. Через миг в мраке видел как в ее глазах отбиваются блики светомузыки из коридора, и в них не было ничего. Тогда я подумал, что она такая же как и все оторванные девушки без морали и принципов, любовник на один вечер это их норма жизни, и мне стало жаль Уруху. Не хватало, что бы она была рядом с ним. Она не достойна…

И мне было уже все равно: я целовал ее, а она рьяно отвечала, я ласкал ее тело – она наслаждалась. Но и тут она меня удивила, она отказалась продолжать игру. Начала отбиваться. Ну, а дальше все понятно… она в один прекрасный миг протрезвела и убежала. Но то, что она устроила потом, заставило меня пожалеть обо всем на свете.

Впервые я увидел ее настоящие слезы. Я понял что такое отчаянье в ее понимании, когда она взяв бутылку хотела сначала разбить ее мне об голову, а потом сдержавшись, попросила вызвать ей такси.

И пока мы ждали, она то и дело курила, пила дорогой коньяк. Подпирая бетонный столб, ненавидела весь мир. Было достаточно прохладно, а потому неудивительно, что она обхватила себя руками, но было ли это от холода? В тот самый миг, во мне заиграла совесть. И спрашивается почему? Что-то назойливо начало скрестись внутри, когда я смотрел на то, как она наигранно играет отчаянье. Или я разучился верить эмоциям? И я решил проверить… еще раз, кажется, думал, что в последний, когда целовал ее возле такси. Вот тогда я почувствовал то что не нужно было… казалось бы, просто поцеловались, просто и никаких обязательств, она уезжает и никогда не вернется. Типичная фанатка, которой выпала честь поцеловать меня… в какой-то миг, я сам поверил, я хотел стать им, Урухой. Хотел, что бы эти мягкие губы так любили меня, а не внушаемый нами обоими его образ. Хотел, что бы эти слезы на ее щеках были посвящены мне, хотел, что бы его имя стало моим… я захотел ради нее стать другим. И я бы стал, если бы мог.

Но я не он, и злость от этого понимания так и травила меня, но имел ли я право? Я мог бы попросить ее остаться, мог сказать что-то о чувствах, сказать, что влюбился, но не стал… я думал о друге, который не отвечал на мои звонки, о том, что сказал мне Рейта, звоня из его квартиры, и в каком плачевном состоянии наш старший брат. И что я обязан все исправить.

Я исправил… постарался забыть о том что пережил с ней, будучи с ней настоящей, всего пару минут, но это было не долго. Ее дальнейшая жизнь с Койю отдалила меня от нее. И был рад этому. Поистине я был счастлив тому, что могу быть ей лишь другом. Глупая, наивная дурочка… не моя – его …Рин.

Я смотрел на нее и видел изменение в ее взгляде. Ее заброшенный мир в глазах наполнялся жизнью. Она с каждым днем все больше становилась живой, раскрывалась. И становилась ближе к нам всем, ко мне, ребятам, и тем более к Урухе. Но если ее мы могли изучать, то изменения в лид-гитаристе замечали все. Эта девчонка ворвалась в его жизнь и взорвала его изнутри, уничтожила затворность и сделала его моложе лет на десять. Но только ли его? Кажется, у всех что-то странное произошло. Как Кай, улыбался, терпел наши шутки и лишь потому, что хотел, что бы мы были довольны, мы любили его заботу… и теперь Рин для нас как он. Как десяток лет тому назад. И даже сам ударник это заметил. Поэтому когда это случилось, когда она сказала, что улетает, сбегает от нас, первая мысль: что? Хреновая у тебя шутка!

Сначала я думал, что соображал, что делаю. Да, я заставил ее остаться. Я думал, что если абсцесс Урухи начнется по новой, я смогу уговорить Рин вернутся, да и вообще не спрашивал бы ее разрешения, просто б рассказал все Койю. Так или иначе правду узнают все, и дело лишь во времени… Сейчас или через месяц, но это ведь от нас, якобы, взрослых будет зависеть будущее малыша. Его ребенка… жаль, что не моего. Но планы имеют свойства меняться.

«Я ее найду, я ее верну, она вернется!» - все время повторял Уруха, сдерживая свои эмоции на публике, сдерживая себя и при мне, и видимо даже в одиночестве. Он взял себя в руки. Первый раз в жизни, за столь долгие года знакомства он так спокойно, мужественно перенес расставание. Странно, наверное? Но я лишь после понял, в чем подвох. Он был самоуверен, и верил в свою власть над ней. А что я? Я решил узнать, как себя чувствует Рин. А вот она была в той самой яме, и гнила… чувствовал ли я свою вину за это? Да.

Но что я только не делал, все сводилось к Койю, разговоры, ее мысли, казалось даже в воздухе витает его дух и запах, стоит лишь мне явиться на порог, как ее глаза так и просили что-либо рассказать: как он, что делал, куда ходил, с кем разговаривал. Это бесило, злило, а со временем я уже сам докладывал ей обо всем. Пока не понял, зачем ей это. Она боялась, что забудет о тех чувствах, которые у нее были к нему. В один прекрасный день я перестал рассказывать. И в ее жизни появился я. Появилось место для меня и только меня. Я мог сутками торчать в своей старой квартире и наслаждаться ее обществом. Там она была собой, такой, какой видел ее Уруха. И тогда я понял, почему он ее так любит.

- Тебе порой становится страшно? – спросила она меня, когда мы за долгое время затворности вышли в люди.

В большом торговом центре мало кто мог обратить на нас внимание. Мы пили чай и наслаждались десертами. Я добровольно, несмотря на ее упертость, купил ей зимние вещи, именно для будущих мам. Мороженное зимой, что может быть ужасней и убийственней для моих связок?

- Мне и сейчас страшно, вот смотрю на ложку, в ней пломбир, съем его, а завтра пойду к врачу, чтобы проверить, все ли хорошо с моим голосом.

Рин улыбнулась... Это так приятно - смотреть на нее, когда она улыбается.

- И все?
- Нуу, - я подпер голову рукой, - еще, просыпаясь утром, мне страшно смотреть на себя в зеркало. Без макияжа я порой себя не узнаю.
- Ру, я серьезно!
- Для меня это серьезно, поверь!
- Ты не серьезен. Не со мной, так точно.
- Не соглашусь. Кто-то из нас двоих должен быть противовесом твоей дурости, и это…
- Дурости? Ух, кто бы говорил!
- Я полагаю, что ты ждешь такого же вопроса от меня. Чего боишься ты?
- Я не стану отвечать.
- Тайны?
- Ты постоянно в очках, зачем?

Я и вправду был в очках. Но это обычно для меня.

- Боюсь смотреть на себя в зеркало без макияжа, - все продолжая шутить ответил я.
- Это не честно!
- Не понимаю.
- Ты видишь меня, а я тебя нет.

Все ясно. Я горько улыбнулся. Что ж она права, я снял свои очки и протянул их ей.

- Зачем?
- Что бы ты не боялась. Ты слишком открыта для окружающих, а я слишком жадный, что б этим пользовались.

Интересно, поняла ли она тогда? Наверное, да, потому что я смог увидеть румянец на ее личике, но она все же их надела. Они ей подошли, но были слишком большие.

- Я похожа на тебя? – заметив мой сдержанный смешок, спросила она, снова снимая их.
- Ты похожа… ну, я даже не знаю…
- Что?
- В очках ты или без, ты похожа на того, кто рядом с тобой.

Мы вышли и торгового центра, и я был поражен тем, как за пару часов всю улицу окутало снегом. Рин, словно ребенок, заставила оставить пакеты в машине, а самим срочно идти в парк. Для беременной она была слишком активна. Она ловила снег языком, хмурясь от упавших снежинок ей на ресницы и глаза. Я смотрел на нее, смотрел на ее смех, и она напомнила мне сразу всех: кого любил, кем дорожил, с кем хотел быть вместе. Я стоял как вкопанный, у меня не было слов. Она заметила мое состояние, столько эмоций было ее в глазах. И я едва выговорил:

- Не подумай ничего плохого, но мы еще не расстались, а я хочу увидеть тебя вновь. Так много всего вокруг, но с тобой все по-другому. И теперь я чувствую, что ты для меня значишь.

Рин слушала каждое слово. Я знал, что она все поймет, знал, что сделает вид, как будто это не так. Горькая ухмылка, румянец, опущенные глаза, стыдливо смотрящие на меня из-под лба. Она ничего не ответила, но тогда я понял, что это хороший знак, и впервые понял, что не хочу, что бы она возвращалась к Койю. Хочу, чтобы она стала моей, и точка.

Но моим планам не суждено сбываться. Наверное, все, что касается нее, не должно воплотиться в жизнь. Попытка подстрекнуть Койю начать все с нового листа была удачной, но лишь на половину. Явившись к Рин с вестями о его измене… какой же я был идиот! Глупец! Я все этим испортил! Все… все, чего добивался и к чему стремился… зачем я это все сделал? Страх от того, что она могла с собой что-то сделать смешивался с ненавистью к себе, к Койю за то, что она все еще любит его, за то, что она так и не смогла полюбить меня. Не смогла его забыть, а я не стал ему заменой…

И я перестал… перестал испытывать ее, и зарекся когда-либо снова это делать...

И вот сейчас смотрю на то, как она бегает передо мной, что-то рассказывает, а я давно ее не слушал. И в какой-то миг, не заметил, как она села напротив меня и, улыбаясь, легонько щелкнула по носу.

- Не будь вредным ребенком, иначе буду перевоспитывать.
- Меня только могила исправит. Кстати, что у тебя там в пакете? – поинтересовался я, кивнув на объект, который она неудачно пыталась уберечь от моих глаз.

http://siora-rin.deviantart.com/

Siora

avatar
POV Arisu.

Пролистывая в очередной раз журнал, мои пальцы так и норовили разорвать каждую страницу на мелкие кусочки и развеять по ветру. Словно пепел… всю их жизнь, наигранное счастье хотелось спалить и превратить в ничто. Но действительно ли мне нужно это? Тема фотосессии «Труп невесты». Да-да, именно ТРУП! Признаться ради совести - это шикарно. Такашима Койю, всем известный как лид-гитарист группы The Gazette, в очень дорогом и шикарном костюме от Brioni сам по себе достоин всяких похвал, но душа льет слезы не только от того, что он сидел на кровати, усыпанной черной землей и листьями, не то, что девушка с трупным гримом и «мертвыми глазами» упиралась ему в плечо, пачкая дорогую ткань, а то, что она и действительно была ему невестой!

- Уруха, расскажите, пожалуйста, о девушке, которая сейчас рядом с вами и сегодня была вашей напарницей на фотосете.
- Это моя невеста и будущая жена. Мы достаточно давно живем вместе, у нас есть ребенок, и сегодня я впервые об этом говорю Вам и моим фанатам.
- Буду надеяться, что фаны не сильно огорчатся…
- Может, да, а может и нет* смех *.
- Почему Вы так долго молчали?
- Мне не хотелось, чтобы личная жизнь стала настолько публичной. Это для меня всегда останется той гранью между жизнью Урухи и Такашимы Койю. Надеюсь, что фанаты поймут и примут это. Ко всему, я надеялся что самый старший из нас, Аой, подаст нам всем пример, но, как оказалось, следуя его желаниям мы все останемся холостяками* горький смех *.
- И Вы решили никого не ждать?
- Точно*смеется*.
- Лично я за Вас рад. Хотелось бы узнать, почему вы выбрали именно такую странную, но весьма символическую тему. Это связанно с вашей будущей свадьбой?
- И да, и нет. Суть в том, что человек, наш герой, который находит мертвую девушку, на самом деле и сам мертв, но душою. С каждым следующим кадром мы видим, что девушка оживает, становится живой, но не только она. Истина в том, что встречаются две души, которые потеряли себя в реальности: для них жизнь ничего уже не значит, и не важно, дышишь ты или нет. Даже если бьется сердце, то души в человеке может и не быть.
- Ясно, ваша роль - роль человека без души?
- Да, именно.
- И, встретившись, вы оба оживаете.
- Любовь не приходит вот так сразу. Мы изучаем, смотрим на поступки другого, и спустя долгое время осознаем, насколько крепко сплетены наши желания и чувства, совпадают ли они? В конце мы видим уже результат того, как две разбитых об реальность сущности возрождают себя. И невеста становится «живой». Это то, что мы хотели показать и донести, я рад, что нам это удалось.


Листаю пару станиц. С каждой следующей «труп» воскрешается. Между ними видна связь, и мимо воли проникаешься в эти моменты их возрождения. Кто она такая? Откуда взялась? И теперь понятно, почему мне давно никто не звонит, не насилует мои нервные клетки и не просит помириться в сотый раз. Я даже успела позабыть обо всем, если бы не новая работа и мое назначение… А тут еще и такая сенсация.

На самой последнем развороте девушка в белом сарафане властно прижимает к себе героя, пожирает его глазами, а он в ответ лишь улыбается, словно говоря: бери меня, ешь меня! У нее были, серые, словно изголодавшиеся глаза, которые удачно контрастировали с темными волосами и бледной кожей.

- Арису, смотри, как бы не опоздала на работу! – сестра выхватила из моих рук журнал и, нырнув в мою кровать, продолжила изучать содержимое.

Говорить что-либо этой дурочке я не стала, как об стенку горох. Я подошла к зеркалу. Мне давно уже не двадцать лет, но своей красотой я всегда гордилась, пусть у меня не голубые глаза, о которых так мечтают молоденькие глупышки, а карие, пусть у меня осветленные волосы, но при этом они мягкие и блестящие. Они только подчеркивают идеальный цвет моей кожи, фигуру, не требующую дополнений или избавления от лишнего. Я прекрасна. И даже сестра завидует моей красоте, несмотря на то, что она по причине своей детской глупости предпочитает одеваться в стиле «вырви-глаз», или «натяни все, что вызывает смех!».

- Хм… вот, послушай, что она говорит… « Самое главное для меня - это счастье моего мужа и моей дочери». Как банально… Так, это тоже не то… ага, вот «Мне кажется, я влюбился в нее с первого взгляда, всего недели хватило, чтобы понять, что я не могу жить без нее». Ну, почему ты меня вот так не увидел и не влюбился? Хотя, тогда я еще была школьницей. Знаешь, она лучше, чем ты, Арису, я это вижу даже по ее глазам.
- Продолжай читать, – просила я ее и под звучание голоса продолжала приводить себя в порядок: выравнивать волосы, наносить макияж, одеваться.

Равнодушно относиться к колкостям сестрицы - это уже нормальная процедура. Как только она узнала про то, что у Койю новая пассия, первая помчалась к телефону, чтобы поздравить. Да, она знакома с ним, благодаря мне.

- Ваши отношения стали столь неожиданными для многих, как окружающие к этому отнеслись?
- Я не слишком разговорчив относительно личной жизни, но в этот раз тема интервью именно о ней. Я осознал, что он именно эта женщина должна быть рядом. С ней я хочу встретить старость. О наших отношения не нужно знать всему миру, но я всегда готов поделиться своей радостью и переживаниями с фанатами. Был слишком напряженный график. Но мы, кажется, справились*смех*.
- А теперь?
- Времени до сих пор не хватает.
- Количество концертов, по сравнению с прошлыми годами, резко уменьшилось. Личная жизнь каждого или только ваша этому поспособствовала?
- Личное счастье на это никак не повлияло. Мы уже достигли многого и можем спокойно вздохнуть и сказать, что добрались до своей вершины. Но мы ведь продолжаем существовать, группа никуда не делась. Я намерен до старости лет выступать. Это главная цель моей жизни.


Сестра замолчала и, перестав читать, задала вопрос:

- Они давно знакомы, или это ложь? Я что-то не понимаю, но почему только сейчас ее вот так на весь мир пропиарили? Она, конечно, симпатичная, но это бред. Вот так на показ выставлять фанаткам свою жену. Койю не такой…
- Все дело в контракте и компании. Это вообще нонсенс…

Я не стала продолжать говорить сестре все, что таит в себе компания. И дураку понятно, что от официального заявления Койю о том, что у него есть незаконно рожденная дочь и гражданская жена, повергло в шок и привело к убыткам группы. Такой группе как The Gazette несказанно повезло, что их не сняли с дистанции и не дисквалифицировали. Но Койю… как он мог вот так неожиданно пойти против своих же правил?

***

Было ровно без пяти час дня. Об этом говорили мои любимые часы на изящном тонком браслете. Несмотря на то, что эта была дешевая бижутерия, я не могла их не надеть. Они для меня счастливые, вроде талисмана на удачу.

Лифт остановился на четвертом этаже. По обе стороны длинный коридор, но со слов моей начальницы, мне нужно идти налево, в самый конец. В коридоре абсолютно никого, немного угнетающая тишина, но именно из-за этого я услышала голоса раньше, чем их обладатели вышли из-за угла.

- Неплохо получилось, – сказал давно знакомый голос. Это было столь неожиданно, вот так и сходу, что я перестала дышать и замерла на месте.
- Да, я сам в шоке. Она молодец. Хотя какая-то она колючая.
- А у Аоя опять проблемы? – насмехающимся тоном спросил первый мужской голос.
- Как всегда, он оставляет все на последний день, из-за этого и не пошел на обед.
- Социальные сети сведут его с ума….

Но не успел он договорить, как уши резанул женский визг и показавшиеся мужчины из-за угла моментально обернулись на него. Вылетевшая девчушка навалилась на рослого, но очень худого мужчину, и как щит прижала его к стене, а секунду спустя его спутник был сбит с ног невысокого роста мужчиной на! самокате.

Я же просто застыла на месте. В маленьком человечке, который неудачно управлял самокатом, я узнала Таканори Матсумото, вокалиста the Gazette, лежавший на полу Акира Сузуки во весь коридор матерился, как неотесанный мужик из села. Матсумото сбежал с места аварии мгновенно, а вот пострадавший был не так ранен, как предполагалось, и пустился в погоню с самокатом в руках вместо орудия убийства. Девушка, все еще прижимавшаяся к Койю, да и он тоже, до сих пор не заметили моего присутствия. Хохотали.

- Что это было? – спросил он, прижимая ее к себе, а я едва сдерживала эмоции.
- Ха, у твоего племянника скоро день рожденья, если ты не забыл. Я понимаю, подарить деньги проще всего, но я решила купить ему что-то памятное… оказалось, что оно не долго протянуло. Руки решил его протестировать и погнался за мной. Поэтому деньги подарить проще простого.

Койю улыбнулся, но ничего не ответил. Еще бы чуть-чуть, и я наблюдала бы, как он, держа ее лицо в ладонях, нежно целует, но, к моему счастью, он меня заметил. Неужели это и есть та самая Рин?

- Ты? – едва уловимым шепотом произнес он.

У него был ошеломленный вид, и так хотелось ядовито ответить: да, милый, это я, не ожидал? Но не в этот раз. Я бы хотела остановить свое внимание только на нем, но смогла в этот раз рассмотреть эту самую замену мне. Низкая, метра полтора, кофейного цвета волосы и с серо-голубыми глазами. Томный макияж никак не соответствовал данному времени суток. Она ошиблась часов на 5. Но нужно было отметить, что на журнале и в жизни она была почти такой же: холодный волчий взгляд, с первой секунды, как только мы встретились, глазами дала мне понять, кто ее добыча, которую она так просто не отдаст. Видела я ее в гробу, без преувеличений.

- Привет, Койю, давно не виделись.

Да, давно… смотрю и понимаю, что два года меняет что-то. Хотя, какие два года по сравнению с временем, что мы были вместе? Сейчас смотрю и вижу мужчину, вижу того, о ком мечтала всю жизнь. Такой лишь мой, такой лишь единственный… поздно? Для меня никогда не поздно.

- Давно, - повторил он, но, почувствовав на себя взгляд своей хозяйки, вспомнил, что стоило бы и познакомить нас.
- Рин, это Арису Маеда, моя бывшая подруга и девушка. Арису, Рин, моя невеста.
- А вы, наверное, еще и та самая проверяющая, верно? – спросила она, какая догадливая.
- Наверное, да. Приятно познакомиться, - я соврала, не краснея. Мне было противно смотреть на нее.

Завидую ли я ее внешности? Да откуда такой бред? Да, она красивая, но что она из себя представляет? Заморское затасканное чучело? Новое веяние моды? Жена европейка – как экзотично… Дрянь.

Единственный человек, к которому у меня не было претензий - это их главная помощница, Курокава Томоко. Всегда тактичная и спокойна девушка, с ней мне было приятно работать. Эта Рин меня сначала отвела к ней, а затем мне дали доступ ко всем документам, которые мне нужно было обработать.

Но даже впервые дни пребывания мне довелось многое увидеть и узнать.
Под самый вечер все собрались в большой комнате. Было какое-то собрание относительно меня или нет, я этого точно не знала, просто вот так сложилось, что большинство знакомых мне людей собрались в одной комнате. Я не собиралась уходить, гора бумаг и папок… пришлось присутствовать. Но пока оно не началось, все занимались своими делами. А вот эта пигалица металась из угла в угол, как вшивая прислуга. Она поставила кружку кофе под носом Койю. Я едва успела заметить, как он поцеловал ее в губы и сказал «спасибо». И она даже не засмущалась. Но возмутило не это, а то, что Койю публично ее поцеловал, в коридоре - еще куда не шло, а вот на глазах у всех. Они б еще сексом на столе занялись. Фу! Фу-фу!!! Но на этом безкультурщина не закончилась. Она поставила чашку кофе возле Аоя, тот привселюдно поцеловал ее в щеку.

Оценив удивленный взгляд Койю и остальных, нагло ответил:

- А я что, хуже него?

Некоторые захихикали, дождавшись своей чашки, проделал тоже самое. Но по глазам этой девчонки было видно, что она была готова забиться куда-то в угол и заливаться краской. На очереди был Кай. Он сам подошел к ней. Все внимательно смотрели на его презренный взгляд, а потом он взял ее лицо в ладони и поцеловал в лоб. Пока она отходила от шока, Кай, насмехаясь, забрал чашку и пошел к своему стулу со словами:

- Куда все, туда и я.
- Правильно, Лидер, - добавил Рейта, когда Кай проходил мимо него, они по-дружески стукнулись кулаками.

Но то, что сделал Руки, было выше всего допустимого! И Койю! Как он может после такого хотеть женится на ней? НА НЕЙ! Не говоря уже обо мне. Я даже подпрыгнула на стуле от возмущения! Потому как только от нее отошел Кай, на очереди был Руки. Он внимательно посмотрел на ухмыляющегося Койю и жестом попросил его закрыть глаза. Он это сделал, прикрывая их рукой, оставляя щель размером с мячик для гольфа. И… Руки присосался к ней! В губы! Я не удивилась бы, если б они еще начали лизаться посреди комнаты, а Койю им аплодировал стоя!

- В последний раз, как перед свадьбой, - посмеиваясь, сказал вокалист, забирая свой напиток.
- Если он меня бросит, ребенка будешь сам нянчить! – возмутилась она.
- Руки, учти, придется нянчить-то не только себя! – смеясь, сказал Аой.

Не долго думая, я собрала свои вещи и ушла из комнаты. Не хватало еще выслушивать их разговоры про намечающиеся предсвадебные вечеринки. И я бы не вернулась туда, если бы не вспомнила перед самым уходом домой, что оставила на столе блокнот. Я открыла двери - никого, на столе лежала моя записная книжка. Как только я положила ее в сумочку, то обернулась на звук открывающих дверей.

- Так и знала что, ты найдешь минуту, - игриво подшутила я.

Койю, видимо, не ожидал, что здесь буду я, и застыл.

- Да, сложно не обращать на тебя внимания. Но, к счастью, ты теперь для меня лишь воспоминание и не самое приятное.

Ах, вот значит, о чем он думает. Будь он немного умнее, то не стал бы такого говорить вот так в лоб. Но это же Койю!

- Вот так просто? Воспоминание? - забавляясь, спрашивала я

Он прошел мимо меня и что-то забрал со стула, кажется, сумочку, и направился к дверям.

- Знаешь, я рад, правда, что у нас тобой все в прошлом. А она… она немного странная, но с ней я счастлив.
- Мы знаем друг друга не один год, и я тебя знаю лучше, чем кто-либо, а потому уверена, что лучше чем она…
- Хорошо, что она не все обо мне знает. То, что между нами было, теперь уже не важно.

Я хихикнула и покачала головой, при этом подошла к нему слишком близко, чтобы влезть в его личное пространство.

- Койю, ты же понимаешь, что я могу совершать ошибки, я не забыла тебя.

Я потянулась рукой к еще щеке, но меня отвлекло вмешательство незваных гостей, снова распахнулись двери, в них показалась «заморское отродье».

- Обмен любезностями? – спросила она, сложила руки и уперлась об дверной косяк.
- Меня едва не съели, - хихикнув, ответил он ей и отошел от меня.
- Если мы опоздаем, - упрекнула она его, словно то, что она увидела до этого, не имело никакого значения, - перед родителями сам извиняться будешь.
- Да-да, конечно, - легкомысленно произнес он и проскочил в двери, но перед этим отдал ей сумочку, которую она по-хозяйски сжала в руках.

И мы остались наедине. Что-то скажет или испепелит своими волчьим глазами?

- Еще раз к нему сунешься…
- Угрозы? – как же она предсказуема.
- Последнее предупреждение. Я не знаю, кем ты была для него, но … не лезь.
- Хорошо, - ответила и повернулась к ней спиной.

Делала вид, что ищу что-то на пустом столе. Когда повернулась, ее уже не было. Вот и хорошо, пешка сделала первый ход. Я вышла из этой конуры, которая мне начинала надоедать, и пошла к выходу. Ватанабе – мой ухажер, должен был уже стоять под окнами здания, но уже прошло минут пять, как я стою как проститутка у края трассы.

- Объясни мне, в чем дело и где тебя носит? – распаляюсь с первых секунд, как только он ответил на звонок, и в этот самый миг подъехала другая машина. Мимолетная мысль, что это за мной, сразу растаяла, как никотиновый дым из его опускающегося окна. – Ватана…что? Что значит, ты не приедешь за мной?

Матсумото улыбнулся, когда понял, что меня бросили, пришлось мигом отключиться. С этим типом у меня никогда не было теплых отношений и за прошедшие два года вряд ли появились, но нужно хотя бы прикинуться.

- Ты что хотел? – сладко спросила я, а Таканори заулыбался еще шире.
- У твоего ухажера закончился бензин?
- Ты хочешь меня подвезти или узнать причину, по которой он не может приехать?
- Э… последнее меня интересует больше, чем ты.
- Я не стану говорить.
- Потому что и сама не знаешь. Пока!

Он мигом поднял стекло и умчался от меня, как от прокаженной. Вот в чем стоило очередной раз удостовериться – человек не меняется, а особенно этот комплект неполноценностей.

http://siora-rin.deviantart.com/

Siora

avatar
POV Tomoka

Еще не утро, но уже и не ночь. Кончиками пальцев провожу по еще теплой подушке, по еще смятому покрывалу, сохранившему твое тепло. Твой силуэт мелькает в темноте, белоснежная рубашка, слово шелк, скользит по коже и скрывает сильные руки, красивую мощную спину. Ты продолжаешь украдкой надевать свои вещи, думая, что я еще сплю, и не слышала, как ты поднялся с постели, как одеваешься, как позорно бежишь от меня. Ни слова, ни нежного жеста или касания – ничего, что могло сейчас успокоить во мне желание выпить яда, уснуть и больше не открыть глаза, чтобы больше никогда в жизни мне не нужно было идти туда, где ты есть. Постоянно, делаешь вид, что я пустое место, твоя тень. Я не существую для тебя в глазах общества. Я с отвращением смотрю на тебя, когда ты мне улыбаешься, я от всей души желаю тебе смерти, когда ты пытаешься в очередной раз ударить ножом в мои чувства, играя свой спектакль хорошего и требовательного начальства. Словно днем у нас провалы в памяти, словно мы оба забываем, как упиваемся губами друг друга… а стоит только погасить свет и закрыть занавес перед многоуважаемыми зрителями, ты хоть и не шепчешь слова любви, не слишком нежен, но ты всегда возвращаешься ко мне, и я не могу сказать нет, словно околдована тобой … и от этого я каждый раз с замиранием сердца наблюдаю, как ты одеваешься, как по комнате бродит обнаженный силуэт, как уходишь, словно призрак, не прощаясь. А я так хочу, чтобы ты просто поговорил со мной, снова лег в смятую постель и сказал хотя бы что-то. Неважно, о чем будет диалог, мне важно внимание.

Так и хочется заорать тебе в след:

«Поговори со мной!!!»

Но крик превращается в шепот, дополняющийся моими слезами и мольбой:

«Просто посиди со мной».

И я знаю, что я все такая же... пустая.

Тихо закрываются двери одна за другой. И мне становится все равно, кто через них вышел. Я просто хочу запомнить, как смята постель, как моя душа снова рвется и умирает, хочу запомнить, как медленней обычного идет дождь, как моя душа одиноко бродит по комнате. Сегодня днем будет новый спектакль.

***

Начало рабочего дня, а у меня жутко ноет спина, я хочу спать. Не люблю, когда мой рабочий день начинается с кофе - это дурной признак. Смотрю в монитор своего рабочего компьютера и понимаю, что не могу прочесть ни единого слова.

- Ты похожа на зомби, - ворчливым тоном произнес родной голос Мыши, а ее руки легли на мои плечи, секунды спустя неуклюже пытались сделать мне массаж.
- А ты вроде не лучше меня выглядишь?

Я посмотрела на подругу и, конечно, не прогадала. Мешки под глазами, опять красные глаза, говорящие о том, что сегодня ночью ей тоже не спалось. Глупая Рин нашла очередные проблемы на свою дурью башку.

- Немногим лучше, чем ты, - ответила она и села на стул рядом. – Ты вчера во сколько ушла?
- Около восьми, может чуть позже.
- Я видела, с кем ты ушла.

Я немного удивилась этим словам, но лишь по той простой причине, что с кем бы она меня вчера не увидела, это был не он.

- И? Это преступление, когда меня кто-то провожает?
- Преступление, если ты не делишься впечатлениями! Думаешь, я не догадываюсь, почему ты такая измученная, ко всему он явный упырь, если оставляет такие засосы.

Рука мгновенно потянулась к шее. Неужели действительно? Стыд-то какой! Но через секунду волнение как рукой сняло, когда она победоносно захихикала от удачного подкола. Как это подло.

- Я не стану тебе рассказывать, даже и не надейся. У каждого должны быть свои секреты.
- Хм… ну и черт с тобой. А я вот пришла пожаловаться…

Рин не договорила, она посмотрела на открытые двери, в которых промелькнул силуэт сначала Широямы, а вслед за ним и второй гитарист. И, судя из мрачного грозового облака, летавшего над головой Такашимы Койю, было понятно, что в их отношениях не все чисто. Секундные выстрелы глазами, в которых читалась внеземная ярость, и они опять натянули свои, маски именуемые «похуизм». Но если Койю пошел дальше по своим делам, то Рин, сидя напротив меня, едва не предалась истерике, однако это было написано только в ее глазах, а для остальных она оставалась невозмутимой.

- Арису, - все, что она сказала.

А большего и не надо. Об отношениях Такашимы Койю и этой сучки знали все. Когда я только пришла сюда работать, они были парой. Вся из себя гламурная стерва из высших слоев была не той девушкой, которая выдержала бы темп Койю. Она командовала им, как генерал простым солдатиком. Не каждая женщина способна на такое, но уже за это можно было ее уважать. Но… Она сама ушла от него, видимо надеялась, что он как покорный щенок приползет к ее стройным, выбритым ножкам и начнет в прощении целовать их… но этого не произошло. Месяц Койю держался, потом очередной тур по стране и осенью появилась в его жизни Рин. Говорил ли он ей, Рин, о своих отношениях с бывшей, остается только гадать…

- И что с этой бухгалтершей? – как бы всепонимающей подругой прикинулась я.
- Мне кажется, она хочет меня поссорить с Койю. Вчера я застукала их, когда она притулилась к нему, а он даже не дернулся…
- Рин, ты настолько глупа, что не видишь ее истинных мотивов? Она же тигрица… что б у нее хвост облез! Все ее действия это провокации.

Но только я договорила, как подруга закатила глаза.

- Да знаю я, не тупая. Мне не пятнадцать лет. Но о ней я ничего не знаю, а когда спросила его, то он сказал, что она мне не соперница… черт! Если я все буду спускать на тормоза…
- А знаешь, это первый случай, когда у тебя есть повод ревновать его, - подметила я и это было правдой, - вечно он подозревал, что ты с другим, а тут вдруг вот так и у тебя есть соперница.
- Томока? Ты вообще как? Моя лучшая подруга или нет?
- Вообще-то я за равновесие. Но дело ведь не только в той девице?
- Эх. Вчера мой дядя знакомился с семьей Урухи, были все: сестры, мать, отец, они даже Карин привезли, между прочим, то, как он к ней отнесся, было единственным положительным моментом.
- Да? – сама не заметила, как соскочила с темы, увидев, как загорелись глаза девушки. Видимо, дядя принял ее дочь, как родную.
- Да, словно он действительно ее дедушка. Но будь она хоть на грамм больше схожа на японку…

Тут Рин из мечтательного состояния резко сменила на печаль и вытерла накатившую слезу.

- Если бы ты знала, что он вчера мне говорил за столом, при Койю, при всех, я столько нового … нет, пожалуй, вспомнила старое, и «твой косоглазый»… «кривые зубы»… «он как педик!», «как ты с ним ночью спишь?» Все уроды, одним словом! А мне постоянно приходилось мило улыбаться и врать о том, какую хрень он нес. И все закончилось тем, что он васаби намазал как горчицу на гренку. Я полвечера рыдала, а Шима видимо догадался о причине, потому что пару русских матов он от меня уже выучил. Видела бы ты его глаза, когда дядя назвал меня «затасканной сукой среди пекинесов». Все бы ничего, если бы он не спросил меня об этом. А я со злости ляпнула, что раз он мне не сказал ничего про бывшую, то я на зло не стану говорить и ему. Теперь я не знаю, что мне делать дальше. Койю зол на меня, на работу мы добирались каждый своим ходом. Я пытаюсь решить все организаторские вопросы со свадьбой, но, кажется, что все начинает рушиться. Хорошо хоть свадьба будет интернациональная.

Порой слушаю ее истории и понимаю, что моя жизнь еще сахарная и отдает ванилью, по сравнению с ее. Жаль, что она такая слабохарактерная… а может и нет? Я, видимо, погорячилась с таким мнением. Слабые люди после ада не могут спасти себя и попытаться жить с чистого листа. Она смогла, сбежала из дому, а я могла быть обычной проходимкой, случаи с продажей людей в рабство весьма реальны, я могла бы быть такой - торговщицей органов. В общем, Рин – дура.

- Попытайся с ним посидеть, поговорить. Вы не виделись два года, а он так и жил с мыслью, что ты уехала торговать телом. Объясни ему, что ты вернулась к нормальной взрослой жизни.
- После вчерашнего?
- Почему бы и нет? Выкинь белый флаг, посиди с ним без присутствия посторонних. Ты, помнится мне, рассказывала, что раньше он был для тебя лучшим другом.
- Был… пока не погибли родители. – Вдумчиво ответила она, но через пару мгновений, кивнула головой, соглашаясь. - Ладно, я все поняла. Попробую.
- Рин, можно тебя на минуту? – спросила стоящая у дверей девушка, кажется, новенькая: стилист.
- Да, Крис, один момент, - ответила она, поднявшись, и на прощание обратилась ко мне: - Может, еще увидимся, но не гарантирую, у Рейты сегодня выездная фотосессия, надеюсь, справимся пораньше.
- Удачи вам, - радушно ответила я.
- И-и проследи за той сукой, если будет возможность, - шепнула она и подмигнула, убегая в коридор вслед за стилистом.

Я повернулась к монитору.

- Тут одни сплошные суки, - покачав головой, сказала я, вспоминая, сколько людей тут легкостью выпьют твою кровь как профессиональные упыри и не подавятся.
- Предполагаю, я тоже в этом списке, - вмешался мужской голос.

От неожиданности я даже подпрыгнула на месте. Какого дьявола он здесь? Я осмотрела кабинет: кроме меня и его никого нет, как назло.

- Вам что-то нужно? – стальным голосом спросила я, мигом взяв себя в руки.
- Разве я не могу просто зайти к тебе в кабинет, вот точно так же как Икари, и поболтать? – он улыбался, когда это говорил, но от его улыбки у меня в венах стыла кровь.
- У Вас ко мне есть какие-то вопросы? Относительно работы? – переспросила я, раз с первого раза ему не хватило ума понять сути.
- Нет, - сухо ответил он.
- Тогда не мешайте мне работать.
- Хорошо, поговорим после работы, - уходя и закрывая за собой дверь, оповестил он.

Я откинулась на спинку стула, едва переводя дух. Между лопатками и до самой поясницы пробежал холодок, от которого меня покоробило. Смотрю на собственную руку: она уж слишком заметно трясется. Вот зачем он пришел? Да и еще нагло вякнул, нет, поставил перед фактом, что снова ко мне заявится... И не смогу не повиноваться.

Если мой день начинается с кофе – он будет отвратительным, как и сам напиток.

POV Kris

Не нужно обращать внимание на меня! Так и хотелось, скрутить толстый журнал Rock and Read в трубочку и от всей души хлестнуть по этой блондинистой шевелюре, которая принадлежала прославленному безносому басисту. Но мне же потом приводить этот спаленный перекисью хохолок попугая в достойный вид. В ушах наушники едва ли не заколочены, как гвозди и любимые Алекс Клер и One Direction. Я сижу на заднем сиденье микроавтобуса, а за окном… плевать мне, что там за окном закрыла глаза и делаю вид, что сплю.

Тяжело эмоционально. Чувствую себя не в своей тарелке. Я не фанатка рока, не анимешница ни …как еще таких называют? Японский я изучала лишь потому, что была такая возможность, когда училась в институте, я была отличницей во всем, поэтому язык знала достаточно хорошо, чтобы говорить и понимать. Но чтобы не заниматься всю жизнь укладкой волос для скучных артистов, похожих друг на друга, пришлось вырваться за приделы своей страны. И Япония всего лишь один из пунктов назначения. Самым незабываемым для меня опытом было работать под руководством Анны Винтор в доме Диор, еще до того как ушел Гальяно. Да, я была всего лишь помощницей, но этот опыт был несопоставим ни с чем. Вспоминаю и умираю от мысли, что та неделя сумасшествия осталась лишь в воспоминаниях. Не хило так для студентки, да? Следующим на очереди были дома моды в Японии, с недавних пор они составили жесткую конкуренцию, именно они и были моей целью. Но меня ждала неудача за неудачей. И вот, оббивая пороги и умоляя взять меня, я познакомилась с Каору Асанума. Не познакомься я с ним тогда, возможно, обитала бы в своей квартире на Оксфорд Стрит и стригла головы толстосумов в одном из местных салонов. Но нет же, желание быть креативной и не такой как все было целью всей моей жизни. И вот с кучей дипломов в кармане я временно подрабатываю стилистом в какой-то японской группе, якобы она популярна…

- Поработаешь с ними и двери тебе откроются! – наставлял меня Асанума.

Но, судя из того, что я увидела, они напыщенные акселераты с умственной отсталостью… особенно их вокалист. Почему Асанума настоял на том, что бы именно я к ним попала? Если он знал, что это недоразумение на коротеньких ножках и огромных ботинках вот так отреагирует, то зачем мне пытаться с ними работать? Вдобавок в их компании все не славу богу. Двое, кажется, гитарист и ударник, смотря на меня почему-то улыбались, думали, что я ничего не слышу, раз у меня наушники в ушах, все шушукались и еще подшучивали: история повторяется, очередная жертва Таканори и это в первый же день! Даже какой день? Полдня! И сколько таких жертв было? Да пошли они!

Так, спокойно, Крис. Ты же культурная леди, как нас учили на курсах йоги? Вдох… выдох… вдоо…

- Крис, мы приехали, - оповестили меня, перед этим вырвав наушник из уха.

Естественно, это была та самая русская, невеста одного из гитаристов. Она была не самой скромной девушкой. Хотя перед кем ей стелиться, если все пляшут под ее дудку? Я не осуждаю ее, лично мне все равно, кто она и что из себя представляет, я в их коллективе все равно не задержусь. И это даже радует.

Я вышла из микроавтобуса, через плечо повесив не одну сумку и шествуя вслед за Рин по какому-то заброшенному складу.

- Давно мечтал это сделать? – интересовалась она у рядом идущего басиста.
- Байки - это моя слабость, но не особо интересно. Вот ваша фотосессия с Урухой…
- Это был один из кошмарнейших дней моей жизни. Я наговорила много лишнего в интервью. И испортила большинство кадров, - отвечала она, даже не поворачивая головы в его сторону.
- Когда мы начинали… да, ты и сама должна была видеть, на что это было похоже.
- Понятно.

И бла-бла-блах ~ сухие разговоры. Было заметно, что они общаются друг с другом из вежливости. Лишь бы просто создавать видимость. Но зачем? Пока это мне не ясно.

Я умею скрывать свою раздраженность, но от нее никуда не деться, когда начинают доводить до крайностей. Особенно неудачи. Из-за неисправной переноски или халатности электрика, который занимался электричеством на нашей площадке, в один миг у меня перегорел и фен, а вместе с ней и утюжок. Пришлось извращаться с его волосами с помощью лака и «креативности». Естественно, я думала, что конечный результат никого не устроит, но и вот сам артист был видимо, доволен тем, что у меня все валилось из рук.

- Ты такая сдержанная. Я бы вот уже бы матерился как сапожник, если у меня все ломалось, - подметил он, когда я, закончив с прической, дошла до того, что наносила тональную основу на лицо.
- Я долго тренировалась, - ответила я, делая вид, что увлечена работой.

Он смотрел на меня и почему-то слишком нагло - культурные и воспитанные люди так не делают. Это меня сильно раздражало и при этом сильно мешало.

- Я вот тоже тренируюсь, хожу в тренажерный зал, - не унимался.
- Очень интересно, - процедила я, надеюсь, ему понятно, что это сарказм.
- Над носом можешь особо не стараться, - когда тампон коснулся его носа, кажется, он хотел подшутить над своей особенностью, но шутка была глупая.
- Хорошо, я оставлю полосу, - съёрничала я.
- А у вас шикарное тело.
- Вы хотели сказать, задница? – поправила я, вспоминая то, как он и та русская нагло обсуждали мою пятую точку.
- Нет, я все про спорт, кажется, ты тоже хочешь…
- Простите, что хочу? – я не выдержала и перебила его.

Так-с, диагноз этого альфа-самца мне ясен, и судя из того, как широко он расставил свои ноги - яйца ему мешают, а ты Крис перепрыгивай через его конечности как можешь!

- Я хотел сказать, ходишь. Когда волнуюсь, могу сказать не то, что думаю и наоборот. Может, после работы выпьем чашечку кофе?
- Я не люблю кофе.
- Тогда что-либо покрепче? – ухмыляясь, добавил он.

Не будь я профессионалкой своего дела, давно бы послала этого несостоявшегося пикаппера, но пришлось отмолчаться. Романы на работе я не завожу – точка!
И мое молчание, кажется, заставило в его голове зародиться мысли, что это был отказ и пора бы помолчать. Но …

- Научи меня какой-нибудь интересной фразе на английском. Что-нибудь крутое.
- Что-нибудь крутое? – повторила я.
- Да, что-то, что будет говорить обо мне.
- Мм… может, - ну вот, настал мой звездный час, я подумала с полминуты и выдала. - My balls are big, cause of lifelong fewfucking *

*( у меня огромные яйца, потому что у меня пожизненный недотрах)

- Май беллс арэ биг… что это означает?
- Я долго буду жить, потому что очень крепкий (атлетичный), - я улыбнулась, когда говорила неверный перевод, но он счел мою улыбку милой и остальные пять минут мы учили с ним, как правильно произносить эту фразу так, чтобы было всем понятно.

Кажется, я наступила на белую полосу. Ой, хоть бы не испачкать ее.

http://siora-rin.deviantart.com/

Siora

avatar
POV Rin

Почти дома. Тяжелый денек выдался, однако: постоянно на ногах, носишься, как белка с дерева на дерево, да еще и руководить процессом нужно, что не так-то просто, особенно когда с первых минут все ломается. А ломалось практически все. Казалось, что камера фотографа – святая святых – неожиданно начала капризничать и снимать не в тех цветах, которые были на самом деле. Крис была чрезвычайно недовольна, но держалась молодцом и ни одного слова не сказала. Правда, когда искры из глаз валят, то это ничем не скроешь.

Все были на грани нервного срыва, кроме одного человека. Кроме Рейты. Этот парень, не обращая внимания на весь творящийся вокруг хаос, следил за каждым шагом новенькой и не упускал ни единой возможности, чтобы поговорить с ней или стрельнуть глазами… Мне показалось или он с ней заигрывал? Он мухоморов объелся?

Они разучивали какую-то фразу (которую даже я запомнила); мне показалось, что в ней явно что-то не то. Я, конечно, не сильна в английском, но столь элементарное выражение как «большие яйца» знает наверно каждый школьник. И как можно было это перевести как «крепкое здоровье» (так мне ответил Рейта, когда я спросила, что это значит)? Нашел к кому приставать… пф! Хотя… чья бы корова мычала! Может, Сузуки Акира решил пойти по стопам своего старого друга? Лучше буду помалкивать и уж тем более не стану вмешиваться. Все что происходит между двумя – это нормально. Ненормально, когда третий начинает совать нос не в свое дело.

Чем ближе машина микроавтобуса приближалась к моему конечному пункту назначения, тем сильней мне хотелось рвать когти и, как бешеной дикой кошке, мчаться в противоположном направлении. Никогда в своей жизни мне так не хотелось возвращаться домой. Но если Койю заявится раньше меня, то чует моя душа – дома я обнаружу труп гитариста… или, что более невероятно, труп старого мужика.

Вхожу. Вроде тихо, но с порога сразу обдает сигаретным дымом. Уруха – аллергик, поэтому в квартире постоянно был увлажненный воздух, и пахло духами, а тут сразу такое. Внутри все съежилось от мысли, что будет, когда жених вернется домой. Тихо раздеваюсь и крадусь в дом. На кухне какой-то шум. Миновав гостиную, в которой было пусто, я нашла дядю, стоящим у плиты и смотрящим новости на каком-то американском канале.

- Практикуешь свой английский? – неожиданно резко спросила я.

Я не просто так спросила. Когда-то очень давно, кажется, в прошлой жизни, я и он ходили на курсы по изучению иностранных языков. Однако, если изучение японского было нужно мне чисто из интереса и детской увлеченности востоком, то дядя параллельно в той же школе экстерном изучал английский для работы. Дядя повернулся на мой голос и, как ни в чем не бывало, (учитывая вчерашние события) ответил:

- Все знать невозможно.
- Что готовишь?


Запах был удивительный. Конечно же захотелось есть.

- Картошку жарю. Твой ест жареную картошку или ему только рис подавай?

И снова полетел камень в мой огород. Перевожу дух, потому что еще чуть-чуть и я начну думать о том, как ночью буду скалкой разбивать ему череп, когда он уснет.

- Дядя, вот скажи, у тебя хоть капля культурности осталась или ты заспиртовал ее?
- Но на него ж без слез не взглянешь,
- разводя руками, заявил он. - Я смотрел его фотографии: шортики, морда накрашена – ну баба бабой!
- Верку Сердючку ты почему-то педиком не называешь, хоть она не женщина!
- И не стану! Мировая баба! Я б на ней женился, а не на твоей тетке!


Дядя разведен, и детей у него нет, но мог и наверстать за эти годы. Но я не удивилась, если бы мой дядя пошел дарить Вере охапку роз и просить стать его женой.

(Прим. автора: Верка Сердючка – сценический псевдоним Андрея Данилко; характерные черты: звезда на макушке; под ее песни танцуют на многих свадьбах до упаду).

- Нам с тобой нужно поговорить, - вспоминая причину, по которой я все еще держу себя в руках, сказала я и ушла… а потом резко вспомнила, что не мешало бы пооткрывать окна в доме, вдруг выветрится.

Вернувшись, открыла окно и на кухне.

- Хочешь меня сквозняками в могилу свести?


Я хотела что-то выпалить, но промолчала. Такого, как он, и ледники на Антарктиде не возьмут; они быстрей растают, чем он там простуду подхватит.

Сев за кухонный стол, обратилась к нему:

- Дядя Юра, неужели, приехав сюда, увидев, как я живу, ты до сих пор считаешь, что я осталась такой же, как и два года тому назад? Неужели ты не видишь, что я стала взрослым человеком, что я живу в этой квартире (да, пусть апартаменты в родных краях у нас были куда роскошнее)? Неужели ты не гордишься мною?

Дядя осмотрелся по сторонам, словно оценивал интерьер дома. Скривил физиономию, недовольно причмокнул и вернулся к сковородке.

- Глупости все это, - ответил он, - Все это... Чем же ты тут занималась все это время? Селедку в суши подкладывала? Высшее образование программиста с красным дипломом, знание японского… ты как минимум могла быть переводчиком! Как максимум писала бы сайты для каких-либо фирм и по ходу дела работала хакером, как всем с детства обещала. А в результате? Уборщица, девочка на побегушках…

Ладно, все с ним ясно. Это я не оправдала ожиданий, а не мой будущий муж. Я пошла в спальню переодеться и, надев более удобную домашнюю одежду, вернулась на кухню. К ужину достала несколько бутылок вина из бара, правда самых дешевых, чтобы Койю потом инфаркт преждевременно не схватил. Хотя, после сегодняшнего вечера, ничего хорошего не предвещается. Я мирюсь с дядей так, как умею. Правда, такой метод ни одного нормального жениха не порадует.

Половина одиннадцатого вечера, опустошена бутылка вина, и вторая вскоре отправится вслед за первой в мусорку. Я и он смотрели какой-то очередной тупой американский боевик и ржали с того, как американцы косили под ужасную русскою мафию. Дядя мне порой переводил.

Но стоило мне взять очередную сигарету из дядиной пачки, черкнуть спичкой и от души, на полные легкие затянутся, как тут же приходится давиться дымом от сурового взгляда Койю, появившегося в проеме. Я не курила с того самого дня, как узнала о беременности, и вот - согрешила. Теперь явно решит, что это из-за меня такой дымовой занавес.

- Что? Явился? – подметил дядя. – И где он шлялся?
- Развлекаешься? – спросил Койю, и при этом своим поверхностным взглядом дал мне понять, что мне лучше спрятаться где-нибудь под столом.
- Наблаживала… бла… бля! Наклад… что за черт!? – язык запутался. – Один, два, три… На-ла-живаю отношения с дядей.
- И как я вижу, весьма успешно, - кивая головой и оценивая обстановку, сказал он. Было видно, как благоверный сцепил зубы, лишь бы не наорать на меня. Будь он хоть частично таким, как дядя, сейчас я бы летела в стенку.
- Это Томока придумала! – выпалила я.

Кто усрался? Невестка! – словно совесть о себе напомнила. Томоке он вряд ли что-либо скажет. Уж больно боятся ее все. Поэтому, все валим на нее!

- Она предложила тебе нажраться в стельку? – взвизгнул он. Ну, вот и все… сейчас что-то будет.
- Это-то-о… что бы найти с ним общий язык! – это и в самом деле было так.
- Так, хватит материться и мордовать меня своим китайским! – не выдержал дядя и, встав из-за стола, направился к Койю. Он попытался уложить свою руку ему на плечо – разница в росте явно не была преградой для моего родственника.

Скорежившись в три погибели, японский жираф под мохнатой лапой медведя поволочился к столу. Вколотив его задницу на стул возле меня, дядечка мигом подставил еще один бокал и до краев налил зятю вина.

- Я не буду пить, завтра рано вставать, - взмолился Такашима, но его испуганные до смерти глаза говорили о том, что все он прекрасно понимает, и выбора у него нет.
- Либо пьешь, либо полетишь через окно, - шепнула я без единого грамма совести и сочувствия (зато не будет жаловаться на мой утренний перегар).
- Ты, я так понимаю, уже летала или не летала и поэтому так…
- Нет, я не летала. Поэтому и спилась до чертиков, - шутя, отвечала я.

Койю как-то странно на меня покосился, но я не успела предать этому значение и отвлеклась на то, что говорил дядя. Он толкал какой-то тост, в котором было все перемешано, потому и объяснила жениху, что он жутко пьян и это непереводимо. В этот вечер я впервые почувствовала себя в роли переводчика. Неожиданно для меня Койю начал задавать вопросы, касающиеся жизни дяди, которые меня до этого момента не интересовали абсолютно. Для меня стал неожиданностью тот факт, что дядя заложил в банк свою квартиру, чтобы возобновить деятельность фирмы, и теперь дела идут еще лучше, чем когда-либо. Международные грузовые перевозки некогда были делом всего нашего рода. Я практически не знала ни в чем отказа в своей жизни. Судя из того, как на такую информацию реагировал Койю, ему с трудом в это верилось, тем более, что я сама была ярким примером того, как можно упасть с грохотом с вершины.

РОV Uruha

Она говорила и говорила, я едва улавливал слова. То, как легко она разговаривала на двух абсолютно разных языках, меня поражало. Пару фраз для меня, пару неясных слов для человека напротив. Но если бы при этом она не косила глаза, то я бы и забыл, что она пьяна… Стоило всего лишь ненадолго ее оставить с ним, этим русским волкодавом, как она мигом принялась за выпивку. До этого дня она при ребенке даже глоток пива боялась сделать. А сейчас я вижу перед собой довольно отвратительную картину того, как алкоголь уничтожает человека.

- … да, дяде нужно было вести переговоры с зарубежными клиентами, и поэтому он в срочном порядке учил английский, ну а я вместе с ним ходила на курсы японского, - рассказывала она. - Вот еще… сегодня Рейта повторял целый день эту фразу: my balls are big, cause of lifelong fewfucking.

В этот момент мужчина пил вино и, едва не подавившись, половину выпитого просто выплюнул. Славу богу, струя полетела не на нас с Рин, но весь стол теперь был оплеван. В истерическом смехе ее родственник скатился под стол. Переглянувшись, мы наблюдали за тем, как трясется мебель, и ощущали, как под нами дребезжит пол.

- Надеюсь, это не землетрясение? – едва слышно произнес я.

Я был в шоке: сигаретный дым, бутылки, бардак, разлитое вино, какой-то старый хрен оплевывал все вином, да еще и невеста, рядом сидящая, пьяная в жопу. Я молча сидел; сказать что-либо не было сил. А ей пофигу! Она, видите ли, пьяна!

Тем временем этот субъект появился из-под стола, что-то сказал Рин, от чего выражение ее лица можно было расценить не иначе, как «система зависла». Затем смеяться начала и она. Недолго думая, я встал и ушел в свой кабинет. Иначе произойдет скандал.

Звукоизоляция делала свое дело. Полнейшая тишина позволяла отойти от того ужаса, что творился за стеной. Достав инструменты, решил поухаживать за своей гитарой и заменить пару износившихся струн. Но оказалось, что я забыл запереть дверь, и через некоторое время в них уже стоял нежеланный гость… и, если честно, то и в качестве родственника он мне был не особо нужен.

После такого беспардонного вторжения в мою святая святых, он с интересом покосился на стойку с гитарами. В этот момент я больше всего переживал, что бы он часом не рухнул на нее. В руках у него что-то было, но в полумраке я не смог различить что это. Но все обошлось: миновав моих красавиц и проделав на удивление ровный путь, он взял стул и сел возле меня. Напряжение во мне возросло. Что происходит?

Он что-то рыкнул и всучил мне какую-то огромную книгу в кожаном переплете, размером больше, чем простой альбомный лист, и очень тяжелую. От него можно было ожидать чего угодно, не зря же они с Рин родственники.

Но я был даже немного шокирован, когда, открыв книгу, понял, что это альбом с фотографиями. На первой странице черно-белое фото: очень высокий брюнет, во весь рост, с горящими от счастья глазами, держит на руках новорожденного малыша, а рядом с ним женщина, на голову ниже, хрупкая, измученная и чертовски похожа на…

- Руся, - указав пальцем на ребенка, сказал он.

И я понял, что это Рин и ее родители.

- Ее папа, Олег Котов, - он показал на мужчину. Даже без слов было понятно, что этот человек отец Рин, но, судя по тому, каким голосом это было сказано, не трудно было понять, что эта трагедия до сих пор не отпустила его и не позволяла смириться с утратой.

Когда указал на ее маму, на его глазах сверкнула слеза.

Я был тронут до глубины души и шокирован этой резкой переменой. Он пришел ко мне и стал показывать то, чего бы я никогда в жизни не смог увидеть. Здесь, в Японии, Рин начала жизнь с нового листа, и я ничего не знал о ее прошлом. А этот человек сейчас открывает мне все. Я понимал, насколько это ценно, насколько это важно, и поистине был благодарен этому человеку за то, что вот так неожиданно он поделился со мной этим.

Маленькая девочка с каждым новым разворотом становилась взрослей. Я был поражен, когда на одном из фото крохотное создание, сидя на руках у мамы, улыбалось всего одним зубом и было точной копией моей дочери Карин – те же светлые волосы, те же глаза, та же улыбка и щечки. Это было невероятно. Кажется, я сейчас сам расплачусь. За эти дни ее отсутствия я успел жутко соскучиться по ней, хотя и мечтал с Рин немного передохнуть от нее.

А жизнь Рин оказалась для меня абсолютно другой, не такой, какой бы я мог себе представить. Я имел кое-какие соображения только о том периоде, когда она лишилась родителей. А тут… целый фонтан эмоций. Одно из фото вызвало у меня неудержимый смех. Девочка лет десяти, храбро взобравшись на два стула, опасно стоящие друг на друге, с умным видом привязывала огромный бант к затылку очень накаченного, мощного и с виду устрашающего человека, который даже спустя года не изменился, вот только слегка постарел и теперь сидел возле меня, улыбаясь и показывая на себя:

- Я и Руся.
Я закивал головой… такой себе зверь в человеческом облике, но он был подвластен маленькой девочке, которой было все равно, кто перед ней. И неважно, будь ты королем или богом, а ей нужно привязать бант на твоей голове. Вот он ее истинный характер, который покоряет даже не подвластных с виду людей… надо, и все тут.

Люблю – и хоть ты умри! Я забочусь о тебе, и ты никуда не денешься. Строгость и любовь – это в ее стиле.

Я безгранично счастлив, что она есть в моей жизни.

Из приоткрытых дверей кабинета донесся звон разбивающейся посуды. Недолго думая, я вскочил с места и побежал на довольно знакомую ругань. Действие происходило на кухне. Рин стояла с сигаретой в одной руке и двумя пустыми бокалами в другой, осколки же от третьего разлетелись по плитке.

- Ну и хрен с вами! – заорала она и со всей дури разбила оставшиеся бокалы, после чего, шатаясь как шалтай-болтай, прибавила, словно так и нужно: – На счастье.

Этот серьезный вид заставил меня передернуться. Перед глазами та же девочка на двух стульях, с серьезным выражением лица, но вместо банта сигарета, и абсолютно нетрезвое состояние. Мысль о том, что с ней способен сделать алкоголь, пугала. Еще свежи были воспоминания о том, как Таканори поглаживал ее между ног, пытаясь трахнуть в том клубе… а из-за чего? Из-за пагубных привычек!

Я тупо психанул. Обойдя минное поле, хватаю ее за шиворот и волочу в ванную. На глазах своего дяди, стоящего у прохода, она отбивалась и извивалась, как змея. Она что-то говорила на своем родном языке, чего я не понимал совершенно, но это были явно не слова извинения за свое поведение. А тот лишь подбадривающе показывал жестами «молодец, так держать».

Едва не вкинув ее, как тряпку на плитку ванной комнаты, я на какой-то момент испугался, что веду себя слишком агрессивно, и сердце болезненно ёкнуло, когда она, не удержав равновесия, начала падать, но все же чудом ухватилась за край раковины и устояла на ногах.

Мигом закрываю за собой дверь на замок, подхожу к ней, пока она еще только собирается с мыслями.

- Раздевайся! – приказал я.
- Зачем? – мигом спросила она.
- Любить тебя буду! – ответил я. Не стану ж я ее в одежде запихивать в душ.

POV Rin

Я очнулась, как только мою спину, словно током, пронзило холодом. От ледяной воды меня не просто колотило, а казалось, что я в ужасе кричала во все горло, хотя на самом деле я даже на это была не способна. Койю стоял рядом со мной под холодными струями. И без какой-либо жалости доводил мой организм до шокового состояния.

Вытащив меня из душа и принявшись вытирать, он удосужился спросить, как я. На что я ответила нечленораздельной речью. С трудом осознавая, что я сейчас в чем мать родила, не могла скрыть дрожь по всему телу. Я была готова проклинать Койю за то, что он так со мной поступил. Я не то что бы протрезвела, просто теперь была обезврежена, как ядерная бомба. Сижу на стульчике возле ванной, вся истекаю и пытаюсь собрать своих тараканов в кучку.

- Ты это все мне назло устроила? – протарахтел он, когда доставал из шкафа полотенце, чтобы вытереть мои волосы.
- Не понимаю, - отмахнулась я.
- Зачем ты так напилась?
- Я не специально. Я просто не умею останавливаться. Вдруг добро пропадет…

Бровь у Койю скептически изогнулась, и он, видимо, решил, что ему все можно - он полотенцем накрыл мою голову и нарочно слегка придавил мою шею, словно задушить хотел. Хамье!

Пока стягивала полотенце, почувствовала, как ноги были захвачены и на них уже надевались штаны. И ничего глупее я придумать не могла, кроме как начать отбиваться ногами. А Койю тоже молодец – начал щекотать мне ступни. В результате, пытаясь от него избавиться вместо того, чтобы просто «легонько стукнуть», я начала колотить его, но безрезультатно. И стало только хуже. Я вырывалась и материлась, а он не отпускал. До чертиков разозленная, я была готова пустить в ход все запрещенные приемы. Мне его поведение абсолютно не нравилось, словно он в очередной раз решил напомнить кто я в этом доме. И когда мне пора было отвесить пощечину, он начал лезть туда, куда я уж точно не ожидала.

- Что ты…
- Заткнись! – приказал он перед тем, как впиться в мои губы и буквально изнасиловать мой рот.

Его руки безжалостно впивались в мое тело. Не удивлюсь, если останутся синяки, но тогда я не думала об этом, только сильнее прижимая его к себе, решив все же ответить на жесткую игру. Домашние штаны, которые так усердно на меня надевались пару минут назад, уже давно слетели с моих бедер (зачем было с ними мучиться?). Легкий холодок в душевой от открытого окна проскользнул между ногами, давая остро ощутить ласку. Рука Койю властно массировала грудь. На секунду остановившись, он провел пальцами по моим губам, теми самыми, которыми только что ласкал меня между ног. Я жадно облизала их, смотря ему в глаза. Он улыбался и наслаждался этой покорностью. Я уже подумывала опуститься на колени и отсосать ему, но у него были явно другие планы: он приподнял меня и едва ли не усадил на бортик раковины, а затем, придерживая, грубо вошел и до резкой боли пронизывал всю меня. Закусив губу, я обхватила его шею, а за тем впилась в губы, чтобы хоть как-то приглушить эту пронзительную боль… Толчок за толчком, все глубже и глубже, хоть и кажется, что дальше некуда. Самое ужасное то, что никакого кайфа от всего этого нет, да еще и алкоголь притупляет то, что не нужно… Ноги ватные, а я словно силиконовая кукла или героиня порнофильма, которая способна на многое. Черт тебя возьми и трахни, но кончай уже!

Перед глазами уже звездочки и легкое помутнение, и уже было все равно, что в любой миг я могу разбить голову либо об зеркало, либо об пол, если вдруг он меня не удержит. Пожалуй, я этому обрадуюсь.

Перед самым концом он остановился и опустил меня. Ноги ощутили холодный кафель. Не то что бы силой, но, тем не менее, жестко и за волосы мне указали свое место. Падая на колени, я словно рабыня радовалась этой благодати. Губами касаюсь его члена, чувствую вкус его тела, смешанного с моим и начинаю жадно посасывать, имитируя то место, в котором этот орган был пару секунд назад. Пару движений – и головка его члена упирается в глотку. Едва сдерживаю природные позывы. Его сперма течет по моим губам.

- Я так понимаю, ты еще не все? – словно находясь в каком-то омуте, прошептал он перед тем, как присесть, завалить меня на холодный пол и раздвинуть ноги.
Одним только языком он довел меня до оргазма.
Я едва стояла на ногах. Они тряслись, как листы бумаги; именно такими я их чувствовала, когда делала шаг за шагом, выходя из ванной. Но и тут была неожиданность. Дядя стоял напротив дверей и, скрестив руки, понятное дело, чего-то ожидал.

Я сделала шаг назад, но уперлась в Койю.

- Халява, - сказал он.
- Рот закрой, - выпалила я. Этого еще не хватало.

Я пропустила Койю вперед и сделала ошибку, потому что в тот самый момент ладонь дяди отвесила мне нехилый подзатыльник. Я едва успела сосчитать звездочки и ухватится за стену. Не видевший этого Койю явно решил, что я споткнулась, потому что взял меня под руку и поволок в спальню. Перемирию конец.

http://siora-rin.deviantart.com/

Siora

avatar
POV Rin

- Утро…

Как много смысла в этом слове. И сколько печальных воспоминаний от вчерашнего вечера. Перед глазами все то, что я вытворяла вчера. Точней, тусклые отрывки, от которых мне становилось еще хуже, и желание зарыть голову в землю подобно страусу просто накрывало. А еще жутко болела голова... Но на раздумья времени оставалось мало. Койю в кровати уже не было, а это значит, что ванна оккупирована, и я опоздала. Жестко опоздала. Этот енот-полоскун торчит там равноценно столько же, как и со своими гитарами. Забывая напрочь, что я тоже человек и так же как он живу в этом доме! Порой удавалось проскочить к заветному унитазу, пока он был душе, но при этом забывал закрываться на замок, но в этот раз… в доме чужой. Вся косметика и даже такая элементарная вещь как расческа лежат на полках в ванной. В общем, я все равно опоздаю, а значит, посплю еще немножко…
Немного спустя…

- Рииин! Мы опаздываем! – орал во всю Койю, мотаясь по дому.

А я тем временем едва не спалила плойкой волосы, хорошо, что они по плечи, с длинными мне бы пришлось возиться дольше, но черт!

- А нефиг было сидеть час в ванной и выдраивать свои перья одно за другим! Теперь моя очередь! – крикнула я из ванной.
- Если через пять минут ты не соберешься, на работу будешь на метро добираться.
- Да я даже накрасится не успею! – взвыла я и, кинув утюжок, помчалась одеваться в спальню.
Кто из нас, блин, барышня: я или он? Все больше склоняюсь к последнему варианту. Пролетая мимо кухни, замечаю какое-то странное движение. Дядя накладывает в судочки еду. Я аж затормозила.
- Что ты делаешь?
- Готовлю вам обед, или не надо было? – ответ, словно это было в порядке вещей для него.
- Э-э-э~, - тут я промычала подобно Таканори. - Хорошо, возьмем. Спасибо.

Дядя улыбнулся, а я, шокированная такой заботой, помчалась дальше. Мигом натянув джинсы, футболку, полетела в ванную со своим клатчем, что б понапихать хоть какой-то косметики: нельзя ж каждый раз просить стилистов группы наводить на моем лице красоту.

- РИИИН!!! – в последний раз позвал меня Такашима.

Я забежала обратно на кухню, дядя вручил мне пакет и, как ни в чем не бывало, пожелал удачного дня. Я улыбнулась, несмотря на то, что вчера он мне отвесил нехилый подзатыльник . От такой вот мелочи как приготовление нам обеда на работу я была готова расцеловать его. И, чмокнув дядю в щеку на прощание, помчалась вон из дома, пока Койю не позеленел от негодования.

Утро было сумасшедшим и на работе. Кай загонял всех, даже невозмутимая Томока ближе к обеду взорвалась и погнала трехэтажным матом на все то, что потребовал сделать лидер, а делать было много чего. Во-первых, товары для фан-клуба нужно было пересчитать и дать отчет Таканори, сколько всего. При этом, как оказалось, в связи с какой-то ошибкой не досчитались двух футболок и были нешуточные разборки со всеми участниками этого процесса. Как оказалось, Аой решил примерять, за что получил втык от тех, кто его не боялся. Как только проблема была решена, то появилась другая, затем еще одна и еще…

На обед осталась только я и Томоко, Уруха обещал успеть, но не судьба – все, что приготовил дядя, досталось мне. Я была готова визжать от удовольствия! Жареная картошка! Ммм ~ Вот только перец какой-то странны, и как-то крошился под зубами. Естественно, во время трапезы я поведала подруге о моем вчерашнем позоре.

- Боже, я думала, что умру… пока он …
- В такие страсти меня не посвящай! – запротестовала подруга, едва не выколов мне глаза своими палочками. – Он все еще мой начальник, один из сотни моих начальников. К этому жизнь меня не готовила.
- Это было так…- я соблазнительно слизала соус с пальца, от чего Томока безжалостно огрела меня по голове.
- Ай!
- Так что там было? – съёрничала она, демонстративно снова замахиваясь рукой над моей головушкой.
- Ничего. Какая же ты дотошная, кто тебя так воспитал?
- Пф… кто-кто… а кто еще воспитывает как не родители? – при этих словах Томоко словно осудила меня за такой глупый вопрос, опустила глаза и, судя по ее мрачному взгляду в никуда, стало ясно, что что-то здесь не так.
Я знала, что отец Томоки был японцем, еще в далекие времена СССР, его и ее мать, свела судьба. Но вот почему развела, и почему Томока сбежала в Японию вслед за отцом до сих пор не ясно.

- Ты мне никогда не рассказала, что случилось с твоими родителями?
- Ничего особенного, просто развелись, когда мне было лет 15.
- Просто? Из-за чего если не секрет, просто так не расстаются?
- Пока отец вкалывал на работе до поздней ночи, моя мать пила со своими подругами. Брали одну бутылку, распивали, пока я делала уроки, а когда им казалось мало, она посылала меня. Если я отказывалась, то она в меня могла даже кухонный нож запустить. Один раз он удачно пролетел возле уха.
- Ты это серьезно?
- Да, у меня было веселое детство. Вот тебя родители били?
- Конечно, лучший воспитатель был отцовский военный ремень с громадной бляхой. Ну, а потом меня уже избивал мой дядя, кулаками.

Даже теперь как-то смешно, насколько безобидными в гневе были мои родители, пока за воспитание не взялся дядя.

- Значит, ты должна понять, каково это, когда родная мать за малейший проступок может разбить стул об твою спину.

Я часто слышала такие истории и от других, порой даже не понимала детей, которых не били в детстве. Сейчас же, думая про свою кроху, которая гостит у бабушки... Смогу ли я хоть раз в жизни поднять на нее руку?

- Сейчас ты с ней же общаешься? – уточнила я.
- Да, мы порой созваниваемся. У нее новый муж, у него свои дети, говорит, что пить бросила, но этим она меня не вернет.
- После смерти мамы и папы, я поняла, что нет никого роднее, чем родители…
- Рин, я ненавижу свою мать, она мне родная, но я поняла, что без нее мне жить куда легче и проще. И если она умрет, я не поеду на ее похороны.
- Даже за наследством?
- Наследством? Не смеши, что может быть у нее, чего нет у меня?
- А что с отцом?
- Папа у меня хороший, устроил сюда, подарил квартиру, правда, у него теперь тоже своя семья.
- А почему ты до сих пор одинока?
- На этот вопрос только я знаю ответ. Но он тебя не касается.
- Зануда! – мигом фыркнула я.

Вот всегда она так: как только разговор заходит о ее личной жизни, она прямо дает мне понять, что это не мое дело. Хотя о моей она знает все и всегда дает советы, где и как поступать. Но о своей ни слова. Вспоминая те дни, пока я жила у нее, я часто замечала в доме чей-то запах. Ну не то что бы собака,нет, а вот мужской одеколон порой улавливался. И на вопрос, что за нечистый дух бывал в доме, она всегда отлынивала от ответа и мастерски переключалась на другие темы разговора. А сейчас вообще ее наглости нет предела... Она очень жестокая женщина.

Не успел закончиться наш перерыв, как звонок на мобильный заставил меня мчаться галопом по коридорам, на проходной меня ждал флорист, который хотел удостовериться, ту ли композицию из букетов я хочу к свадебному столу. Я никогда не представляла, что моя свадьба будет именно такой как я хочу - никаких витающих розовых шариков, воздушных, как сахарная вата, скатертей, розовых ленточек и ледяных или цветочных лебедей, только ради того что б гости сказали: «я такое в кино видел!». В меру пафосно, но со вкусом, не зря же я советовалась со всеми стилистами, которых знаю, и не важно, что они, по сути, парикмахеры, дизайнеры обложек, но в первую очередь им там присутствовать. Все должно быть практичным. Получив и расписавшись, я окончательно все утвердила, благо Койю был не равнодушен к процессу и всячески помогал с решением, особенно в финансовом плане. Цветы - это еще полбеды, капля в море, когда дело доходит до еды… и уж тут начинаются особенности японского народа. Все люди приходят поесть на свадьбе, для японцев это повод попробовать что-либо, что в обычной жизни себе позволить не могут, желательно какую-нибудь громогласную хрень… т.е. кухню: французскую, итальянскую…потом я плюнула и сказала, что в таком случае Таканори будет есть борщ! Чем не экзотика? И в результате выбором меню занялась вся группа The Gazette, я только наблюдала, как усердно они вчитывались в непонятные названия и выбирали чисто по картинке, Аой выкрикивал: «Хочу это!!!». А Рейта, не распинаясь, предложил заказать гамбургеры на всех. В результате я ушла вон тогда.

Чувствуя, что жареная картошка воспротивилась такой резкой активности моего организма, стала подпирать под самое горло. Во рту мерзкий привкус металла и хуже стало, когда начала кружиться голова. Вот в такой момент мне не посчастливилось столкнуться с девушкой в коридоре, и красивым белоснежным водопадом на ноги разлетелись листы бумаги из огромной папки.

- Простите, пожалуйста! – замямлила я, чувствуя, что теперь меня бросило в жар.

И были на то причины! Изящно опустившись на колени в своей узкой юбке, Арису Маеда, бывшая Койю, стала собирать листовки.

- Ничего страшно, - сладко пропела она.
- Я просто Вас не заметила…
- Ах, Рин, это ты! Привет. - Узнав меня, Арису широко улыбнулась, а меня едва не стошнило.

Я опустилась на пол, пытаясь загладить свою вину и помочь собрать бумаги.

- Если позволишь, мы перейдем на ты. Прости меня за тот случай, просто мы с Койю очень давно знаем друг друга, а я так неправильно себя повела... Только сейчас понимаю, как ты могла отреагировать на все это. Я была бы в таком же бешенстве.

Я окаменела, глядя на нее и пребывая в шоке от сказанного ею.

- Если ты будешь не против, может, сходим как-нибудь выпить кофе, поболтаем о мальчиках?

Оклемалась только тогда, когда эхом разошелся по коридору щелчок крепежа на папке.

- Да, можно, - промямлила я, понимая, что затянула с ответом.
- Прекрасно, - утвердительно кивнув, Арису поднялась и пошла по коридору.

А у меня на душе «WTF?». Что это, блин, было? Но стоило мне еще немного затянуть с раздумьями, как кто-то сзади толкнул меня в спину, и через мгновения возле меня лежало тело с характерным «какого @#$» на лице.

- Привет, Акира, - сказала я, как ни в чем не бывало.
- Рин? Ты чего тут расселась? – в недоумении спросил он.
- Тебя ждала.
- Меня? – удивлению басиста не было придела, он понимал, что это явно шутка, но мне показалось, что он еще поставил неутешительный диагноз моему психологическому и душевному здравию.
- Да, помнишь, ты вчера разучивал фразу на английском?
- Да, и что?

Я на-четвереньках подползла к упавшей звезде - хоть бери и загадывай желание - и на ухо прошептала перевод, который поведал мне мой дядя.

Немая пауза, Сузуки был в ступоре: открытый рот, не верящие глаза, видимо, информация еще доходила от уха до мозга и обрабатывалась. А потом, как по команде, мы заржали. Обычный смех перерос в истерику, и мимо проходящие работники компании с опаской косились на нас двоих, пока это не разогнал в меру злобный лидер. Басисту ничего от угроз Кая, а вот мне резко стало не по себе и, кажется, в этом не совсем его вина. Угрюмый вид ударника никак не был связан с тем, что я всем телом чувствовала озноб, тошноту, и как-то слишком тревожно стучало сердце.

- Может, в больницу? – настойчиво спрашивал Койю, когда я со всем своим нытьем и беспомощностью головой лежала на его коленях, скрючившись на небольшом диване.

Его присутствие было намного действенней, чем все врачи мира, которых я все равно боялась. Я не хотела, что б меня снова отправили в больницу. Больше всего я понимала, что это последствия моей пьянки, а мне запрещали пить вообще, но нет же, нажралась в хлам. Слезы наворачивались от мысли, что все будет по новой: капельницы, катетеры, уколы. Я лила слезы отчаянья, осознавая свою дурость и вину во всем.

- Тихо, не плачь, может, ты чем-то отравилась? - шептал Койю, поглаживая мою голову.
- Чем? – рыдая, взвыла я. – Я не хочу обратно в больницу!
- Если все так, как ты предполагаешь, то другого варианта нет, - обреченно вздохнул он.
- А как же свадьба? Сколько сил и эмоций потрачено, не говоря уже о деньгах!
- Перенесем, я не хочу жениться на трупе невесты. Надо же, какая ирония!

Я чувствовала, как он начал хихикать, а я вспомнила еще один ужас, именуемый «мой первый фотосет». Я едва успела вскочить, преодолеть расстояние всей комнаты, чтобы схватить мусорное ведро. Меня второй раз в жизни стошнило перед Урухой.

Как назло в этот момент вошел Руки в комнату. То еще было зрелище: Уру ржет, а у меня обильная рвота и весь мой обед вырывался наружу вместе с желудком.

- Что происходит? Ты заболела? – Руки сразу же подошел ко мне, словно от этого мне станет намного легче.

Но отвечать мне было некогда, меня рвало так, что хотелось умереть.

- Что с ней? – Ру задал вопрос уже Урухе, который подал мне стакан воды.

Вот этот жест был очень полезен.

- Если ты не будешь против, я отвезу ее домой, все признаки отравления.
- Или своди ее к гинекологу, вдруг опять залетела и опять по привычке сбежит.
- Типун тебе на язык! – хором ответили я и Койю, от неожиданной синхронности аж переглянулись.

Спустя час Койю едва ли не нес меня до квартиры. От озноба подкашивались ноги, я, держа в руках пакет, боялась, что блевану где-нибудь по дороге или благоверному на ноги. Каждый раз, поражаясь, откуда во мне столько жидкости, а затем вспомнив, что человеческий организм на 80% состоит из воды, меня кидало то в холод, то в жар. Сколько еще во мне осталось? Самым сложным было держать себя в машине, по пути домой. Дома нас встретил дядя, оценив мой зеленый вид, он как-то странно хмыкнул и почему-то заржал, скрываясь в гостиной.

- Какого его? – злобно спросил Койю, не понимая, как и я что, тут смешного… если он только не знает причину.

Отстранившись от заботливого жениха, цепляясь за стены, я поползла за ним в гостевую. Кое-какая мысль зародилась у меня в голове. И если это так, этой ночью я разобью ему голову чем-нибудь тяжелым, пока он будет спать…

- Ты что-то хочешь мне сказать? – я не орала, сил не было, но думаю, вид был у меня грозный.
- Как картошечка? – он улыбнулся на все тридцать два, дав понять, что это все его рук дело.
- Что ты мне подсыпал? – тот странный перец или соль, которая крошилась на зубах как песок мог быть именно этим.
- Давно хотел подшутить над тобой, как ты надо мной.

Мозг видимо тоже пересох от обезвоживания, и я стала медленно соображать, что ж я такого могла сотворить с дядей, что бы это было похоже на мой случай? Скорее всего, дело было в том, что я дохрена чего творила, все вспомнить очень тяжело. Вместо оливкового масла часто в салат подлива касторку, он не понимал, ибо был часто пьян… но тесный контакт с унитазом на всю ночь был ему обеспечен, думая, что водка была паленой… стоп! Алкоголь!!! Я боролась с его пьянством, подсыпала в его еду препараты против пьянства… те же симптомы: озноб, рвота.

- Я не алкоголичка!!! – заорала, в меру своих возможностей.
- Ах, значит, догадалась! – тыкая в меня пальцем, он злорадствовал от всей души.
- Козел! Ты мог отравить Койю! – страшно было бы представить, что было бы, если он все же попал на обед.
- Китаец твой выпил слишком мало, что б его взяло так, как тебя! В твоем организме алкоголя было больше, чем у нас всех вместе взятых. Будет тебе уроком. И один ноль в мою пользу.
- Мудак… - процедила я.

Койю стоял за моей спиной, когда я стала уходить. Он ничего не понимал, но я сказала ему, что все нормально, я буду жить. Ни сил, ни эмоций, зато хоть знаю, что в больницу меня везти не надо, главное, не пить пару дней.

POV Kris

Насмотрелась я сегодня не на одно японское лицо. Уже сколько лет работаю в этой сфере, но до сих пор поражаюсь тому, как правильно подобранный мейкап и прическа из таких вот типичных японских рож делают такие конфетки. Как бы еще к этому привыкнуть? За что боролась Крис, на то и напоролась, это тебе не дом мод...

Из фотостудии я вышла далеко за полночь, едва не последняя. Намереваясь поймать такси на очень оживленной улице, даже не беспокоилась о времени и тем более о том, как буду добираться домой. Но кое-кто посчитал, что может изменить мои планы... Наивный раб.

Я не сразу-то и поняла, что это по мою тушку напротив входа стоял человек весь в черном, на байке и пялился на меня? Но вот стоило ему стянуть капюшон и в этом неярком уличном освещении я узнала его: выпаленные волосы, жесткие, как проволока, и без литров ультракрепкого лака ничто не заставит их держатся в той форме, которой мне нужно.

- Подвезти домой? – довольно храбрым голосом поинтересовался басист The Gazette.

Он выровнял спину и достаточно уверенно держал между своими ногами стального коня.

- Ты умеешь им управлять? – он не стал со мной здороваться, так почему я должна?
- И не только им, - двусмысленно сказал он, но второй его гениальный «смысл» меня мало тревожил.
- Тогда если за рулем буду я.
- А у тебя есть права?
Вот оно как, все же у этого альфа-самца есть мозги под этой блондинистой шевелюрой, которую я успела возненавидеть со вчерашнего дня.
- И если нету, то все равно дашь?
- Нет, не дам. – Он ответил довольно ядовито, как какому-то шкодному ребенку.

Но раз так настаивает на безопасности, то может… Не каждый день мне доводится с ветерком домчать домой, а уж чтоб устоять перед таким предложением, я должна быть в предсмертном состоянии.

- Я не могу позволить разбиться такой девушке, как ты, - добавил он, при этом добродушно улыбнувшись.
Перевесив сумку через туловище и под самое горло застегнув змейку на куртке, я подошла к нему, всем видом показывая, что готова. А он протянул мне свой шлем.
- А как же ты? – поинтересовалась я, не увидев второго.
- Помолись, чтобы нас не встретила полиция.

Он улыбался. Немного по-идиотски, но я не стала предавать этому значения, надевая на голову галантно предложенный этим джентльменом шлем. Восседая на мотоцикле, как лихая наездница, полностью отдалась в умелые руки владельца коня. Мертвой хваткой обняла его, прислонившись всем телом, оповестив достаточно громко:

- Готова, сэр!

И понеслась!

Он ехал довольно быстро, хоть на некоторых участках дороги ему приходилось сбавлять обороты, то и дело тормозя перед светофорами или слишком медлительными машинами. Но как только мы выехали из центра города, как до меня наконец-то стало доходить, что я не сказала, куда меня нужно везти, а когда байк начал вилять по серпантину и взбираться куда-то вверх, я уже поняла, что остается только ждать и гадать, куда завезет меня этот тип. Думая о самом худшем варианте развития событий, я уже строила планы, как буду незаметно из кармана сумки вытаскивать электрошокер. Еще пару минут, и все мои опасения относительно того, что спустя месяц все каналы будут оповещать о найденном трупе девушки где-то среди кустов, развеялись и отошли на второй план. Неоновые огни города затмили мой разум даже через шлем.

Как только мотоцикл остановился, я вскочила сразу же, мне хотелось как можно быстрей оказаться на самом краю. Снимая шлем на ходу, вовсе перестала о чем-либо думать, как о прекрасном. На небольшой смотровой площадке можно было увидеть весь город, который переливался всеми цветами радуги, от свежего и порывистого ветра захватывало дух, полная луна возвышалась над городом: еще немного, и ее поглотят облака.

- Неплохо, да? – спросил голос за моей спиной, я слышала его шаги, но не придавала им значения.
- Шутишь? Это восхитительно! Не думала, что есть такое место… у вас сплошной мегаполис, я привыкла к более старым домам, а у вас все такое искусственное, но яркое. Не в обиду это сказано.
- А ты не такая замороженная, как кажешься.
- А ты не такой мужлан каким, себя выставляешь! – мигом ответила я.
- Я в первую очередь мужчина, - начал он, но я его перебила.
- Я как-то догадалась.
- Точно? – басист слегка толкнул меня локтем в плечо.
- Точно, - подтвердила я, отвечая улыбкой на его улыбку.

А он не так уж и плох, как мне изначально показалось, он заставил меня снять свою сумку и отдать ему в обмен на его кожаную куртку, которая обещала меня согреть. Он не приставал, не лез обниматься, целоваться и распускать руки с первой же минуты. Видимо, по опыту боялся меня спугнуть. Пришлось самой брать коня за…
Было очень романтично - смотреть на огни ночного города, чувствовать, как спину согревает мужская грудь и руки нежно прижимают к себе. Мы болтали о жизни, о прошлом и родных местах, где выросли. Мы просто болтали, и, пожалуй, это был один из лучших моментов, которые я переживала в Японии.

http://siora-rin.deviantart.com/

Siora

avatar
Глава 8. Ода идиотизму

POV Uruha

Пару раз мне доводилось просыпаться среди ночи. Рин было плохо. Судя по ее объяснениям, все, что с ней сегодня происходило, было проделками ее родственничка. Последняя стадия последствий от этих «шуточек» наступила как раз ночью: у нее наблюдались явно выраженные признаки съехавшей крыши с букетом побочных эффектов: она кричала во сне, проснувшись, рыдала навзрыд и смеялась сама с себя. Временами на нее находило что-то непонятное, и она начинала молить меня о прощении за то, что с ней происходит.
Уснул я сидя. А когда проснулся, то почувствовал, как ужасно затекла шея. Голова Рин все так же покоилась у меня на коленях. Измученная за прошлый день, она выглядела сейчас обессиленной. Не хотелось ее будить. Но мне нужно было собираться на работу.

- Рин, солнышко, проснись.

Как можно нежнее я погладил ее по плечу, от чего она зашевелилась и сразу же приподнялась. Сонная, с опухшими от слез глазами, она сначала посмотрела на меня, а потом села на край кровати.

- Чувствую себя ничтожеством. Я ужасно выгляжу.
- Бывало и хуже, ты же знаешь.
- Да, но тогда у меня не было выбора, а сейчас мне кажется, что я пала очень низко. Такое чувство, что я возвращаюсь к прошлому.
- Я ни в чем тебя не упрекаю. Я могу лишь поддержать тебя и не дать скатиться. Отсутствие Карин, приезд твоего дяди – это немного повлияло на твое поведение. Ты просто захотела оторваться.
- Думаешь? – она была явно не готова к такому мнению.
- Уверен.
- Мне так стыдно за свое поведение…
- Мы это уже обсуждали. Всю ночь. Поэтому давай это забудем и отпустим, хорошо? – я улыбнулся как можно добродушней, надеясь, что это ее подбодрит и избавит меня от очередного нытья.
- Ты такой хороший, - пропищала она, поджав губы и едва не пустив слезу. А потом добавила: - Валить и трахать!
- Вот только не надо меня дразнить! – пригрозил я, вскакивая с кровати и намереваясь убежать из спальни. Но стоило сделать пару шагов, как эта безумная с сумасшедшим воплем накинулась на меня.
- Нееет! Ну, Уру… КРЯЯЯ ~
Она повисла на моей талии, а потом сползла аж до самых колен, слишком цепко обхватив их руками и тем самым не давая сделать даже шага.
- РИН! Перестань! – заливаясь смехом от этой комедии, я пытался обойтись без рукоприкладства.
- Не уйдешь! – протестовала она.

Я пытался идти, волоча ее по полу, но то, что она сделала, было против всех правил. Обхватив ноги чуть повыше, она зубами дотянулась до моих трусов, и в один миг стянула их, оголяя мою задницу едва не до половины.
Вот тут пришлось взять себя в руки и заставить себя пойти на не менее коварный трюк. Тяжелый вздох и достаточно серьезный вопрос:

- Ты зубы чистила?

Я замер в ожидании. Долгие секунды молчания начинали напрягать. Я не знал какой реакции ожидать.

- Один – ноль в твою пользу, - хмыкнула она, поднимаясь с пола.

Игриво прошествовав передо мной, Рин вышла из комнаты.

- Вот так вот! – гордо кинул я ей вслед. Пусть знает, кто тут главный.

За время, пока я одевался, можно было уже не один раз принять ванну. Впрочем, я-то особо и не спешил. Но когда приспичило, я вышел из комнаты и попутно ответил на приветствие гостя, который уже разместился на кухне и, судя по ароматам, курил, потягивая кофеек. Когда-то я думал, что это круто и по-взрослому вот так начинать свой день. Но теперь понимаю – это глупая ошибка и потерянные годы жизни.
Дверь в ванную была приоткрыта. Но когда я вошел, то никого не увидел. И стоило мне сделать пару шагов от двери, как кое-кто с диким визгом набросился мне на спину, сдавливая при этом руками кадык и обвивая ногами талию.

- Уиихуу! – торжественно вскликнула Рин, когда окончательно оседлала меня.
- Слезай! – скомандовал я, чувствуя, что задыхаюсь!

Но плевать она хотела на это и, двигая бедрами, скомандовала:

- Вперед, лошадка, покатай меня!
- Ты с луны свалилась?
- ВПЕРЕД!!!
- Ну уж нет!

Едва удержав равновесие, я кое как сел на пол, а потом, не теряя момента, тупо разлегся на ней. Возмущению не было предела. Она пыталась меня поднять, перевернуть, но ничего не получалось. Пробовала щекотать, кусать, но и это ей не помогало. Мы просто дурачились. Даже вошедший в ванную комнату родственник ничего не сказал, немного похихикал и оставил нас. Я слез с Рин только после того, как она объявила о своей окончательно-окончательной капитуляции. Видимо боги лишили эту женщину рассудка!
Безумное утро… Два – ноль в мою пользу!
Пили мы кофе на кухне в уже более спокойной обстановке.

- Я, наверное, не пойду сегодня на работу. Позвоню и скажу, что еще не в состоянии. Не сдашь меня?

Она знала, что от работы отлынивать нельзя, более того знала, как к этому отнесутся. Но вспоминая ее вчерашнее самочувствие, я подумал, что ей стоит себя поберечь.

- Нет проблем, - ответил я, но при этом добавил то, о чем только сейчас вспомнил. Я начал довольно осторожно, надеясь, что все обойдется. – У гитаристов сегодня…
- Опять? – Обреченно перебила она меня, закатив театрально глаза, а после снова уставилась на меня. - У вас это уже входит в дурную привычку, ты не замечаешь?

Под дурной привычкой она подразумевала встречу великих гитаристов, живущих в Японии. Это уже традиция, и каждый раз мы собираемся огромной компанией. Вот только это общество порой слишком напивается под конец собрания, и Рин это знала… очень прекрасно знала.

- Хорошая такая традиция – встречаться в баре и под вкусную еду и выпивку разговаривать о гитарах…
- … С такими же, как и ты, гитаристами, делится опытом и бла-бла-бла… я это уже наизусть знаю!
- Что ты тут на своего ворчишь, как бабка старая? – ее дяденька, как всегда, входил вовремя.
- Ирония судьбы или с легким паром,- кинула она в ответ, а я, как обычно, ни черта не понимал.

Он подошел к кофеварке и налил очередную порцию кофе, а потом снова с ней заговорил, мне же оставалось только читать эмоции на их лицах. 

- В баню идет? 
- Почти, на встречу членов клуба «Очумелые ручки».
- К гитаристам?
- Как ты догадался?
– скептически.
- И что такого? Он мужик или кто? Это ты должна дома с ребенком сидеть, а не он. Хотя тебя и дома то оставить нельзя, и тут все верх дном перевернешь.

Этот дяденька пригрозил ей пальцем и, судя по тону, то ли угрожал, то ли осуждал. Рин в ответ только поджала губы и недовольно, в который раз за день, выкинула белый флаг.

- Если бы вы друг друга понимали, вы бы явно спелись. Иди куда хочешь, но если что звони. Все ясно?
- Ты чудо! – ответил я, улыбаясь, и ,повернувшись к ее дяде, все еще стоявшему рядом, сказал давно заученное слово: - Спасибо!

Его аж передернуло. Не верящим взглядом он смотрел то на меня, то на Рин.

- А ты матам его учила?
- Больше двух лет вместе живем, и ты думаешь, что я ничему его не учила?
- Вот ешкин кот!

Мужчина был озадачен чем-то и поспешил уйти из кухни. Я был приятно удивлен, когда Рин рассказала, о чем они говорили, и посмеялся с реакции мужчины.

POV Arisu

Всего один звонок, и встреча назначена. Центр Токио, хорошее кафе возле императорского парка. Надеюсь, я не стану посмешищем, если такое создание, как она, будет сидеть за одним столом со мной. Уж лучше об этом не думать! Полчаса и потерпеть можно, а если станет необходимо, то одену очки, чтобы никто из знакомых не меня узнал.
На удивление она не опоздала ни на минуту. Одета, как всегда, безвкусно и просто. Жакет серого цвета, белая рубашка, джинсы «дудочки», а на руках вязаные перчатки с обрезанными пальцами. Ей сколько лет? Пятнадцать? И как Койю мог на нее повестись?
Хорошо, что у меня стальные нервы, и мило улыбаться в нужных ситуациях я давно научилась. Это чудовище село напротив меня. Ни грамма макияжа, круги под глазами, цвет лица едва ли не зеленый! Как так вообще можно выйти на улицу?

- Здравствуй, – коротко сказала она, даже не посмотрев мне в глаза.

Спокойствие и равновесие!

- Надеюсь, я не оторвала тебя от дел? – ох, мне так жаль, так жаль…
- Нет, сегодня у меня выходной, - с такой пресной рожей я тебя слушаю внимательно.
- Тогда, может что-то закажем?

Кофе и низкокалорийные десерты были выбраны. Я не удивилась, когда эта дешёвка заказала только горячий шоколад, еще бы ванильное мороженное приплюсовала. Но видимо Койю ей не спонсор. Цены в кафе не для таких, как она.
Пришлось брать дело в свои руки. Я еще не знала, с какой стороны к ней подобраться, поэтому для начала интересовалась историей их знакомства. Честно говоря, я думала будет что-то поинтересней, чем знакомство на работе, долгие философские беседы, длительный период сближения и только спустя полгода первый поцелуй. Едва не уснула… это очень похоже на Койю.

- А как вы познакомились? – задала она вопрос.
- Я и не помню как. Учились вместе в средней школе. Он не был популярным среди девушек, но и не был обделен вниманием. Что-то среднее. Он был таким не уверенным в себе, что первой поцеловала его я. Такой нерешительный. Но еще в школе выделялся из толпы. Осветленные волосы, нестандартное поведение, но видимо это и привлекло меня в нем, как в друге. И так мы
и сошлись. Мы часто ссорились и мирились. Вот какой девушке понравится, что ее парень из-за глупых иллюзий хочет бросить учебу, какие родители захотят такого супруга для дочери? Постоянные разъезды, неизвестность, никакой гарантии того, что он остается верным. Я жила этим долгие годы и со временем поняла, что пора жить для себя, а не верить в чудо. Даже когда он стал знаменит, когда вся страна заговорила о нем, я знала его не как Уруху из The Gazette, я знала Койю.
- Я тебя понимаю, - сказала она, помешивая полупустую кружку с напитком. Она абсолютно не смотрела на меня, словно все сказанное проплывало мимо нее, как толпа людей за стеклом.
- Разве? – сорвалось.

Мне не хотелось, что бы она хоть на какой-то миг чувствовала связь между нами и нашими историями! Но что-то заставило меня это спросить.

- Койю не тот человек, который будет надевать маски и строить из себя звезду. В отличии от некоторых… Это всего лишь работа.
Она отставила кружку в сторону и, положив руки на стол, уложила свою голову на них. К такому поведению я была не готова. Она всем видом показывала, как ей скучно, словно я пустое место.
- Я не знала, кто был с ним до меня – это меня меньше всего волновало. И знаешь, я не нашла ни единого следа того, что ты была в его жизни. Сколько бы не выискивала среди вещей и фотографий, я не нашла ничего. Как же нужно было издеваться над ним, что бы из такого уравновешенного, доброго и внимательного человека сделать ту гниду, с которой я познакомилась в первую неделю? Сколько сил было потрачено, чтобы вернуть его в то состояние, в котором он есть сейчас! Почти не пьет, не курит, не впадает в депрессии. А именно с таким вот отвратительным Койю я познакомилась. Даже смешно вспомнить, каким он был.
- Даже не понимаю, о чем ты, – если она начнет читать мне морали...
- В первую очередь нужно разобраться в себе! – она сказала это так громко и с такой ненавистью, что я даже удивилась. Но потом она сменила тон: - И если хочешь, что бы все было хорошо, то нужно прилагать к этому все усилия, а не винить всех кроме себя, что что-то произошло не так, как хотелось.
Дальше пошла речь о ребенке, и тут либо она что-то не договаривала, либо нагло врала. Она долго искала ответ на вопрос, почему только сейчас будут играть свадьбу, как давно появился ребенок, а отговорочкам в стиле «Не было времени» я не поверила. По ее рассказам, у них все идеально, аж до рвоты – совершенная пара, лапочка-дочка - но откуда тогда чувство, что есть кто-то третий? Ну не может такого быть, что бы эта с виду наивная дурочка не хотела сесть на два стула сразу! Я видела эти косые взгляды, то, как на нее смотрят Аой, Руки, Кай. Как она с ними разговаривает, без должного уважения, словно она их подружка. Неужели не за что зацепиться? 
- Вот это Карин с дедушкой, - тараторила она, тыкая свой айфон мне под нос и показывая уже пятидесятую фотографию своего отребья, даже отдаленно не похожего на Такашиму: – А это… какого черта!
- Что? – от резкой смены интонации я аж проснулась.

Только и увидела, как она, бросая телефон, выбегает вон из ресторана. Она начала преследовать какого-то туриста. У них завязался разговор и, видимо, надолго. Я посмотрела на телефон в руках, фото Койю и абсолютно на него не похожего ребенка. ИДЕЯ! А что если… что если немного напакостить? Даже сердце тревожно застучало от того, как я спешила жать на кнопки, набирая сообщение. Пару секунд на поиск номера в телефонной книге и … хотела отослать Аою (уж больно пошло он смотрит той выскочке вслед), но, заметив имя этого человека, едва ли коварным голосом не засмеялась.

Отправить. Секунды казались минутами! Стереть. Вернуть обратно фото. Делать вид, что увлечена фотографиями!
Она вернулась в кафе, ведя за собой мужчину европейской внешности.

- Прости, Арису, но я вынуждена тебя покинуть. Мой дядя (она кивнула в сторону мужчины, кто бы мог подумать) решил погулять по Токио, не предупредив меня. Поэтому мне нужно быть с ним.
- Да-да, я все понимаю, - я закивала головой, а самой уже хотелось танцевать от радости и помочь ей скатиться со ступеней.
- Я в уборную, – сказала она и ушла, оставив меня наедине с незнакомым мужчиной.

Он так странно и нагло на меня смотрел, а после улыбнулся и спросил: 

- Do you speak English? *

Меня удивил такой вопрос. Я ответила, что неплохо им владею, а он сразу перешел к делу.  Откуда он знает, что я бывшая девушка Койю? Он засыпал меня вопросами, о которых я даже во сне не подумала бы. Ни с того, ни с сего этот мужчина предложил мне такое, что грех было отказаться. А я-то думала, что все закончится одной пакостной смс-кой, и можно будет смириться с происходящим. Но судьба-злодейка подкинула потрясающий шанс. Этот человек меня поразил. Он так все разложил по полочкам, что не воспользоваться этим было бы глупо. Скинув мне пару фотографий на телефон, он вкратце объяснил, что я могу с ними сделать. А вот делать или нет решать только мне самой. Но уж я-то точно на это решусь!


*Вы говорите по-английски?

http://siora-rin.deviantart.com/

Siora

avatar
Глава 9. Как мышь коту хозяйку подыскала

POV Rin

- Какой кошмар, – причитала я. – Даже не надейся, что она тебе позвонит. Уж прости, но ты стар и не настолько богат, что бы она забыла о первом пункте.
Мы шли по очень оживленной улице. Стоит упоминать, что дядя собственными силами добрался до центра города, на метро, чтобы увидеть императорский парк? Это было крайне неожиданно, если учесть, что японским он не владеет, но по указателям самостоятельно во всем разобрался. Фантастика! Мне не один месяц понадобился, чтобы хоть немного разобраться. Не удивлюсь, если он ко всему подготовился заранее. Также было очень смешно смотреть на то, как он пытался клеить Арису. Или он просто издевался над ней? Он знал, что я еду на встречу к бывшей пассии жениха. Ох, как он смеялся с отсутствия у женщин хоть малейшего намека на логику! Ну в чем смысл «бывшей» и «нынешней» встречаться? В результате едва оторвала его он нее.  Практически спасла жизнь моему родственнику!

- Разве японки не лучшие проститутки в мире? – с каждым шагом отдаляясь от кафе, мрачнел дядя. - Как их там, гейши?
- Настоящая гейша всего лишь девушка, которая за деньги будет строить из себя подругу, пить с тобой за компанию, но не более того.
- И никаких ночей любви? – крайне разочаровано переспросил дядя.
- Не-а.
- Тогда какой от них толк? Собутыльника и так найти можно.
- У них тоже все не слава богу, – а что я могла еще сказать? У каждого народа своя культура и причуды.
 
На удивление мы неплохо погуляли. Погода была изумительной. Прогулка явно пошла мне на пользу, особенно после проделок родственника. Когда наступил вечер, уставшие и вдоволь намотавшие круги по местным достопримечательностям, мы собирались ехать домой. Но тут перед самым входом в метро зазвонил мой мобильный. Это был звонок от Койю. Каков был мой шок, когда мужчина представился как Йошики из X-Japan.

- А это мышка господина Такашимы? – бодро протянул он.
- Я так полагаю, что они снова пьяны? – перебила я.
- Немножечка, - заплетающимся языком говорил алкого.. ой, гитарист со стажем. – Дело в том, что Такашима с Широямой поспорили, кто больше выпьет. В конечном счете, мне срочно нужно домой, а этих двоих мне оставить не на кого. Может, ты их заберешь?

Тьма брани норовила вырваться на волю, но капля самообладания, затаившаяся где-то в глубине души, не допустила этого.

Я уже знала куда ехать. Отправив дядю домой, сама поймала такси и направилась к злополучной обители, по пути проклиная тот момент, когда дала слабину и разрешила Койю пойти на это сборище алкоголиков. Нет, но вот как можно каждый божий раз спорить с этим Йошики?! Этот доисторический ящер рока разводит двух гитаристов the Gazette как молокососов, предлагая им вдвоем перепить пропойцу со стажем! Аой еще куда не шло, мог бы потягаться, а Уруха? Куда он вообще влезает, этот, ёпт-твою-мать-трезвенник-язвенник?! Ценитель вечной жизни! В итоге, эти двое – в хлам, а сама легенда рока еще потом трезвонит по первому попавшемуся номеру в чужом телефоне, чтобы кто-то смилостивился и развез этих «слабаков» по домам. И это уже не первый случай, когда мне звонит этот «динозавр» своей эпохи! Тьфу! Простигоспади!

Я вылетела из такси и помчалась к кафе, буквально срывая двери с петель, но, увы, опоздала. На месте побоища никого не осталось. Официанты уже расставляли столы и стулья. Только после тщательного осмотра помещения, я смогла узреть в углу весьма знакомую шевелюру с цветной прядью. Обладатель сей прелести, не стесняясь того, где он находился, храпел за столом.

- Широяма! Проснитесь!!! Юу!!! – я кое-как растолкала это тело, но тут же пожалела об этом: мужчина начал что-то мычать, и от него жутко разило перегаром.
- Чего тебе, женщина? – не в состоянии даже навести резкость, он, как ежик в угаре, смотрел куда-то в пространство.
- Где Койю? – едва не рыком.
- Там, где и всегда, - промямлил он, сладко зевнул и снова уложился баиньки.
Совсем страх потерял!?
- Где там, где и всегда?
- В космосе, на Марсе… в своем отдельном мире, - бормотал он, не поднимая головы.
- Что Вы несете?! Алкоголик! Нажрались в хлам, спите, где попало. Даже друзей нет, которые могли б Вас забрать домой.
- Конечно, - обиженно возмутился он, - если бы уважаемый Йошики не настучал благоверной Такашимы, что тот пьян, он бы не сорвался  бегством домой, что б его горгона не настигла тут.

Горгона?! Я что ли? Он вообще понимает, кто перед ним стоит или обнаглел в край?

- Так он уже ушел?
- Йоши…?
- Нет, Такашима.
- Ага, аж пятки сверкали.
- Тогда почему Вы до сих пор здесь? – даже если Койю дома ждет семья, то Юу одинок, как сокол в небе.
- А я забыл…
- Что забыли?
- Где живу.
- Вы шутите?
- Разве я похож на клоуна? Прекрасно, великий Аой превратился в шута!
- Вы такой же жалкий, как и великий! – процедила я.
- Я недавно переехал, - начал рассказывать он. – Кажется, это было сегодня утром…  на новую квартиру, а адрес не знаю.
- Ясно, а кто должен знать?
- Мой водитель, но у него сегодня выходной.
- Так позвоните и узнайте адрес! – вскипела я. Как можно быть таким беспомощным овощем? 
- Он недоступен, – легко и просто.
- Остановитесь в отеле!
- Это дорого, и я с собой не брал много денег, чтоб не растратить. И вообще, женщина, отстань от меня, иди своей дорогой!
- Если я отстану, Вы будете бомжевать на улице.
- Кто-нибудь меня приютит.
- Да кому Вы нахер нужны? Алкаш!
- Кому-то и когда-то… может быть…

Он так это сказал, что у меня невольно сжалось сердце. А вот если реально? Голова забита работой, расслабиться получается едва ли не раз в год, все от тебя вечно чего-то ждут и готовы за тобою даже зад подтирать – лишь бы ты своим талантом им приносил деньги. Я работаю в стаффе… и уж я-то знаю, какими беспомощными могут быть эти идиоты. Они будут умирать от жажды, сидеть часами на одном месте. И даже если вода будет продаваться за их спиной, не дай бог голову лишний раз повернуть!

Так вот, про Широяму… вот он та еще плесень. Поэтому в историю про дом неведомо где я поверила. И не такое было.

- Вставайте, поедем устраивать вас на ночлег?
- К горгоне не поеду! – пригрозил он.
- Мне Вас и укладывать-то некуда, а в детскую кроватку Вы не влезете!
- Почему это? – возмутился он.
- Ваш зад слишком огромен, не пролезет. Вставайте! Есть у меня один неплохой вариант.

Под «вариантом» я подразумевала только одного человека, общего друга. Таких было не много, поэтому когда я поведала печальную историю Иошши, моему гинекологу, она пусть и насмеялась от души, но от старого друга Широямы не отказалась. Дорога к ее дому была длинной. Аоя пару раз вырвало по пути. Последний как раз в салоне машины. Это был просто кошмар какой-то. Я уже боялась, что таксист нас высадит где-нибудь в поле. Но он на удивление довез нас до конца. Забрал деньги и, стирая покрышки, умчался куда подальше. Я даже извиниться не успела… в сто первый раз.

- Что за лес и дикие звери? – промычал шалтай-болтай, осматривая местность. Туземные собаки встречали нас хоровым лаем.
- Мы приехали к Иошши…
- Куда? – взвизгнул он. - Совсем с луны свалилась? Откуда ты знаешь, где она живет?

Либо он притворяется, либо мой разум поселился в чужое тело и поэтому он меня не узнает. Такими темпами я скоро начну сходить с ума.
Метр за метром, шаг за шагом, мы волочились к заветному дому. И чем короче становилась дистанция, тем сильнее гитарист начал оказывать сопротивление, причем довольно-таки активно. Поднимая бунт на корабле, он намеревался сбежать на подобие позорным крысам.   Матерясь как можно искуснее, он пытался изгнать меня, как какого-то демона. Все закончилось тем, что мы на четвереньках ползли до калитки дома, где нас уже ждали.

И слава всем богам за то, что Иошши меня признала! Уж я-то боялась, что это у меня крыша поехала, от того что Юу меня не хотел узнавать. А вот этому алкоголику я не позавидовала бы. Стоило ему ступить на порог ее дома, как ему тут же прилетело пару нехилых подзатыльников, а на вопрос «за что?» – еще и добавка. А Иошши опасная женщина… Теперь начинаю понимать, почему она до сих пор не замужем и почему Широяма так сопротивлялся, знал, что ему по ушам надают.

Закрывшись с ним в ванной, она, видимо, принялась отмывать это позорище. Я же тем временем сидела на кухне и, уплетая печенье с чаем, смотрела телевизор. Это пьяное недоразумение теперь в заботливых руках. И это уже не моя забота. Допиваю чай, прощаюсь со всеми и живенько домой. У меня там свои алкоголики…

- Сколько раз ты еще будешь такое вытворять? – голос Иошши был слишком громким, чтобы не услышать. – Ложись! Да что ты делаешь? Юу!!!
- Ай! – скрипучий визг мужчины был  не менее громким; видимо, это была очередная «добавка».

Тихо встав из-за стола, я на цыпочках подошла к дверному проему. А вот и коридор. И теперь ползком, ползком! 

- Когда ты уже угомонишься? – едва не криком на весь дом.
- Замолчи, женщина, я хочу спать! – привычным царским тоном ответил Широяма.
- Ты ляжешь спать тогда, когда я тебя сама отключу! Тебе не стыдно? Она еще практически ребенок! Почему она должна таскаться с тобой по всему городу – с тобой, в хлам пьяным придурком?
- Если она ребенок, то я розовый пони!
- У нее мозгов больше, чем у тебя! Когда ты уже женишься и успокоишься? Ведешь себя так, словно тебе до сих пор двадцать лет.
- Опять ты об этом… я же сказал, что нет такой дуры, которая захочет жить со мной. А ты мне уже раз отказала, если не забыла.
Отказала?! Иошши и Юу? В каком таком смысле отказала? Где моя челюсть?
- Мы были молоды! Я тебе сто раз говорила, что сначала учеба и карьера, а потом семья и дети.
- Вот мы так и сделали, и чем это закончилось? Ты успешна в карьере, я – тоже. А что толку? Сидим, как два идиота, в полном одиночестве.
- Юу, ты пьян, не вижу никакого смысла с тобой говорить! – резко сменив тему, Иошши попыталась прекратить разговор. Я слышала, как она встала и, кажется, направилась к выходу. Вот черт!

- Я уже час как трезв, а ты вечно бежишь от меня, стоит хоть раз заговорить о НАС. Что теперь придумаешь? Я пьян, давай этот вопрос отложим на полочку? До пенсии недалеко, знаешь ли.
- Спокойной ночи, поговорим завтра утром.
- Кошмарных тебе! Стерва…

Гробовая тишина. Кажется, я услышала, как что-то хрустнуло. Надеюсь, это был не череп Широямы. Крики, брань и это символическое «кто стерва?!». И тишина. Может, там уже два трупа?

Лучше бы там были два трупа. Глянув одним глазком, я едва не провалилась под землю. Что ж, прощаться уже бессмысленно, им не до меня и надолго. Может, года этак два тому назад я бы осталась поглазеть на живое порно, как ни как это Аой из The Gazette! Но сейчас я испытываю к нему совсем не те чувства.
Эх, хоть бы кто-нибудь вспомнил обо мне! Я же еще тут!

Домой я добиралась автобусом с пересадкой на метро. Денег на такси у меня не осталось. Когда я уже поднималась по лестнице, в кармане завибрировал мобильный. Юу?

- Гаргона? – не успела я сказать «алло», как сразу же такое хамство.
- Чего Вам? – уставшей и до костей промерзшей мне не хватало только издевательств Широямы.
- Домой уже добралась? – с издевкой.
- Нет, пару ступенек осталось. Так что Вам от меня нужно? – от обиды даже дыхание перехватило.
- Хотел сказать, что бы завтра на работу не опаздывала!
- Все?
- Да.
- Отлично! Да пошли Вы нахер! – закричала я и отключилась. Будь что будет. Главное, что все в себе не держу.

Все давно уже спали. Койю сладко храпел, собственно как и дядя. Хорошо, что дочь у родителей Койю. Иначе пришлось бы укладывать ее в рабочем кабинете пьяно-гитариста. Спать я легла с мыслью, что уже ненавижу гитаристов…

http://siora-rin.deviantart.com/

Спонсируемый контент


Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу  Сообщение [Страница 1 из 1]

Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения